Книга Адская Кошка и Цветы Жизни, страница 212 – Елена Жильникова

— У вас ноги не устали? – поинтересовалась девушка и, чтобы сменить неприятную тему, предложила. – Берите покрывало и садитесь нормально

— Спасибо, госпожа, – юноши расстелили запасную подстилку и, разувшись, забрались на него с ногами.

— Вилли, а твои родители тоже имеют любовников? – вопрос наследницы несколько озадачил юношу.

— Честно говоря, не знаю, госпожа, – почесал он затылок. – Со своим отцом я незнаком. Наверное, мать родила меня после какой-нибудь вечеринки. Так часто бывает. Больше половины рабов рождается в результате участия их матерей в традиционных оргиях в гостях. Меня воспитывал муж моей тетки, старшей госпожи поместья Бельфлер-на-побережье, что на юго-востоке нашего континента. Его я называл папой.

— Простите мою дерзость, госпожа, – перебил его Ликс. – Но мне кажется, вы слишком строги к своей матери. За те полгода, что я живу в особняке Смитерс, госпожа Эйлана никому не оказывала столько внимания, сколько достается Крэгу. Конечно, мне сравнивать не с чем, кроме моих родителей, но по рассказам одноклассников: редко какому мужу разрешается принимать участие в воспитании наследницы, и еще реже дозволяется спать каждую ночь в комнате госпожи. Что плохого, если госпожа Эйлана поиграет с Клифом? Крэга от этого меньше любить не будут. Даже, возможно, сопоставив умения мужчин, госпожа решит, что ее муж вне конкуренции.

Софи собралась возмутиться, но ей помешал раздавшийся топот копыт.

Эйлана

«И в кого она у меня такая моралистка? — думала Эйлана, пригибаясь под низко растущей веткой, покрытой звездчатыми темно-синими листочками. — Сама уже почти месяц морочит голову трем хорошим парням, а туда же, читать мне нотации по психологии брака. Ничего, вот выйдет замуж, тогда и узнает, каково строить быт с человеком, у которого совершенно иные представления о правильном, нежели у тебя».

За размышлениями она проехала по тропинке сквозь густую листву и выбралась на широкую полянку, заросшую аквамариновой травкой. Метрах в десяти от кромки леса находилась прозрачная заводь, в дальней части которой шумел водопад, низвергающийся с уступа, напоминающего голову диковинного животного. Не сводя восхищенных глаз с такой красоты, молодая женщина остановила Мара и жестом подала молча ехавшему за ней Клифу сигнал спешиться. Любимчик спрыгнул с коня, накрыл скатертью кусок лужайки, поставил корзинку с припасами, развернул возле «стола» захваченный с собой потертый ковер с геометрическим рисунком и неуверенно подошел к ней. Посадка хозяйки в седло, похоже, сбила его с толку, и «котик» гадал, каким именно способом она предпочтет слезть с лошади.

— Госпожа не желает спуститься на землю? – спросил смертник, почтительно встав в шаге от вороного и преданно заглядывая ей в лицо.

— Желаю, – хозяйка ухватила Клифа за плечо, вынуждая подойти ближе, обняла за шею и перекинула ногу через переднюю луку. – Поможешь, мой дорогой?

Фаворит послушно и крепко сжал ладонями ее талию. Словно драгоценную вазу, он поднял Эйлану над седлом и мягко опустил в самый центр ковра. Расседлав коней, Клиф пустил их пастись. Затем он разложил на скатерти содержимое корзинки и присел на траве у ног любимой в ожидании дальнейших приказов.

— Сними с меня сапоги и сделай массаж, – проговорила Эйлана, подкладывая под голову седло вместо подушки. Она достала из кармана брюк баночку мази, разработанной Ларсом для восстановления ее ноги. Клиф быстро освободил ее от обуви и умелыми, осторожными движениями принялся избавлять ее от ноющей боли. Массируя натруженную голень, он смотрел на Эйлану, не отрываясь, словно боялся пропустить малейшую тень смены ее настроения. Столько почтительной преданности было в этих пленительных серых глазах, столько готовности выполнить любой, даже самый безумный приказ… При этом он ни о чем не просил, кроме милости просто лицезреть предмет своей страсти.