Книга Логово Адской Кошки, страница 126 – Елена Жильникова

— Пирс, ты живой? – парень с трудом открыл глаза и едва заметно кивнул. – Сожалею, мой хороший, но ты проиграл. Я потискаю тебя в следующий раз. Ларс, займись Пирсом. Крег, ты победил. Можешь получить свою награду.

Я выбралась с ринга, и Крег поднял меня на руки. Под завистливые ахи парней муж пронес меня через полдома и опустил на пол только возле кресла в моей спальне.

— Ты выиграл, Крег, и я, как и обещала, прощаю тебе твою вчерашнюю подставу. А теперь поговорим о выставлении меня дурой по дороге в Мальвавиль, если ты еще помнишь эту беседу.

— Помню, госпожа, - Крег поклонился мне и скрылся в комнате наказаний за панно с журавлями. Через минуту он сложил на столике три плети, два флоггера, стек-фаллос, несколько дилдо большого размера, страпон и различные зажимы. – Ты права, госпожа. Феликс был куплен по моей просьбе. Я не собирался ставить тебя в глупое положение, но мне не хотелось, чтобы мальчик узнал, что он тебе не нужен. Я сожалею, что так вышло, госпожа. Накажи меня.

Муж разделся и сделал приглашающий жест в направлении столика.

— Я рада, что ты все же определился, кому предназначался мальчик. Макс мне тоже нужен не был, как и Вилли, а сейчас я играю с ними обоими. Не удивляйся. Вилли я купила, чтобы кто-нибудь за тобой ухаживал и развлекал в мое отсутствие. Лично мне он был не интересен из-за своего юного возраста. Каждый раз, когда я беру его в постель, у меня ощущение, что насилую собственного сына. Это приятно, но, на мой взгляд, совершенно аморально. А тебя, я смотрю, секс с племянником не смутил. Для Мальвы соитие с близкими родственниками нормально? Может ты и с собственной сестрой спал? – Крег кивнул. – Ты не шутишь?

— Синтия брала меня сзади, когда мне было лет 16-17. В этом нет ничего необычного, госпожа. Семя братьев или сыновей нельзя использовать для размножения, но для игры они годятся, как и другие рабы. Мужчина считается годным к использованию с 15 лет до 33 лет, а для продолжения рода лучшим считается возраст с 17 до 29 лет.

— Значит, я имела негодного к использованию Луи, и почему-то получила от этого удовольствие. Я правильно тебя поняла: годными в моем доме считаются только шкеты и спецы, а остальные - уже бесполезная рухлядь, включая тебя, мой муженек?

— Именно так, госпожа.

— Сходи в душ, – велела я и, сняв спортивную форму, направилась в ванную. К моему возвращению Крег стоял в той же позе, и только влажные волосы сообщали, что он выполнил мой приказ. – Я устала и хочу спать. Залезай в постель и охраняй мой сон. Я накажу тебя, когда проснусь.

Крег не заставил меня повторять дважды.

Меня снова разбудил сигнал браслета связи. Я нащупала свой и нажала прием. Ответа не было. Я повернулась к мужу. Он уже читал сообщение.

— Госпожа, Жерар пишет, что, если ты плохо себя чувствуешь, он может принести обед в твою спальню.

— Ответь ему, что я скоро спущусь. Кажется, я собиралась тебя наказать… - я задумчиво оглядела роскошное тело мужа и перевела взгляд на гору инструментов. – У тебя есть десять минут, что заставить меня забыть о своей обиде и твоей провинности. Не успеешь, пеняй на себя.

Уже через пять минут я простила ему все прегрешения.

Остаток дня прошел в подготовке к переезду в лагерь. Я отдала Луи документы на новых мальчиков и браслеты, а он заверил меня, что моя злая трость произвела на рабов сильное впечатление. Я и сама заметила, что рабы предпочитали лишний раз меня не раздражать, а Вэл и Грант и вовсе старались не попадаться мне на глаза.