Онлайн книга «Академия ЗОЖ. Том 1»
|
Пока ведьмы подбирали в уме ответ, Николас Бургон бесшумно подошел ко мне, взял учебник в руки и погладил по корешку. Страницы с готовностью раскрылись, и книжка пролистала все до одной и захлопнулась, прищемив большой палец преподавателя. Но тот только поднял одну бровь, освободил палец и молча положил книгу обратно на парту. Я с сомнением покосилась на учебник соседки и спросила тихо-тихо: — Твой тоже шевелится? Соседка, ведьма с короткой мальчишеской стрижкой, посмотрела на меня, как на ненормальную, и чуть отодвинула стул, от меня подальше. Та-а-ак! Знакомая история! Я внимательно посмотрела на учебники сокурсниц — бездушные и безынициативные, не думавшие отличиться прыжками и прищемлениями пальцев профессоров и тяжело вздохнула. Похоже, я и здесь отличилась, оживила книги. Интересно, а котелок с поварешкой тоже должны быть обычными? Посмотрела на профессора, но тот, казалось, совершенно потерял ко мне интерес, стоял рядом с подружками-трещотками и что-то тихо спрашивал у одной из них. Почему же я все оживляю? To чучело, то коробки, а ведь хотела их только левитировать! Из-за чего заклинания не действуют в моем случае как надо? В памяти мелькнули слова потомка известного и ужасного рода Гун о красной и черной икре, то есть о силе трансформаторов и ведьм, что он чувствует, как слои деликатеса, но не успела я о них толком подумать, как рядом прошел преподаватель, обрывая ход размышлений и вклиниваясь в них своим тихим голосом: — Итак, предполагаете, что можно сделать проклятия вдали от жертвы, а потом уже подкинуть, как подарок. Вариант подходит под решение вопроса, но разве он достоин ведьм — великих выпускниц Академии ЗОЖ? Что скажете? Последний вопрос он обратил к моей соседке, и та совсем растерялась, несвязанно промямлила: — Эм-м-м… Я… думаю… м-м-м… — Еще раз перечитайте внимательно! — он ткнул пальцем в ее учебник, обводя круг вокруг названия первого урока. — С-с-счастливое неведение… — Верно. И вот у Вас есть название, оно о чем говорит? — Что жертва не подозревает, что проклята. — Хорошо, размышляйте дальше. — Что… что проклятие наслали, а она не почувствовала. — Отлично, подобрались совсем близко… Дальше, — профессор стимулировал мозговые процессы адептки не только похвалой, но и похлопыванием по плечу, отчего девушка сжалась, словно ежик и с опаской поглядывала на преподавателя. Что-то в его голосе я уловила, то ли нотку подвоха, то ли привкус грядущих неприятностей. — Я больше не знаю, что сказать, — прошептала моя соседка и уперлась невидящим взглядом в книгу. Я видела, как по коже ее рук идут мурашки и внимательно посмотрела на Николаса Бургона. Его глаза не выглядели спокойными, несмотря на его размеренный голос, спокойное поведение и плавные движения. В черных зрачках глаз явно зияла угроза сильного мира сего, транспарант «Не подходи! Убьет!». — Хорошо, — профессор на секунду задержал на мне взгляд, а потом посмотрел на дверь, в которую через мгновение постучали: — Входите. Ректор вошел не дожидаясь разрешения, и мы все собрались вскочить со своих мест, чтобы стоя поприветствовать Уильяма Кертиса, как полагается, но многие оказались не в силах это сделать. Ноги подкашивались, мы плюхались на стулья, не поднимаясь больше, чем на пару сантиметров от седушки. Коленки были просто не разгибаемы. Я оглянулась и поняла — все опоздавшие оказались сестрами по несчастью |