Книга Академия ЗОЖ. Том 2, страница 52 – Наталья Буланова

Оставленная в одиночестве гноминя тут же размотала обратно платочек и принялась заново промакивать глаза. Только теперь, кажется, все работало наоборот – глаза становились влажными от мокрого платка.

— Мари, это кто? – гноминя не сводила пристального взгляда с наших переплетенных рук. Понимаю, у гномов такое – нонсенс, но что поделать? Нам-то с укротителем надо из этой ситуации целехонькими выбраться?

— Жених, -  гордо представила я парня сразу всем гномам, и те жарко стали обсуждать нашу разницу в возрасте, ничуть не стыдясь и не стесняясь нашего непосредственно присутствия при столь щепетильном разговоре. Хотя, щепетильность – это не про гномов.

Кертис в ответ на жениха повернул ко мне голову и запнулся, морально «споткнувшись» о лицо Мари, тут же отвел глаза. Но внимательная гноминя успела все уловить, все разглядеть, оттого обеспокоенно взмахнула платком, как белым флагом и сказала:

— Вай! Пропала девка! Окрутил молодчик! Подчинил небось, демоняка треклятый?!

Гномы обеспокоенно завозились. А Кертис невозмутимо притиснул меня к себе и сказал:

— На нее не действует. Пришлось брать харизмой и обаянием!

А я так на него глазками «хлоп-хлоп». Он это серьезно или шутит? Но гноминя в этот момент подошла так близко, что перехватила внимание полностью на себя, заглядывая нам в глаза:

— А-а-а, - протянула она так загадочно, что мы с Аланом переглянулись. – Все поняла. Все увидела. Ну, ладно тогда, что только в природе не бывает.

Гноминя пожала плечами, почесала широкую бровь и вдруг спросила:

— Десяток? Больше?

— А? – не поняла я.

— Сколько разница? Как –то это не правильно. Что Альфу скажем? Как объясним?

— В наши времена разница в возрасте значения не имеет. Такое даже модно! – с видом знатока сказала я.

— «Такое»? – гноминя предвзято посмотрела на Кертиса, а потом вдруг жадно подобралась и встала на цыпочки, заглядывая в глаза: - Нда-а-а, «такое», будь я помоложе, сама бы забрала, да глазки выцарапала…

Я взглянула на Алана как раз, когда золотой огонь в глазах погас. Он злился. И, наверное, ничегошеньки не понимал в этом безобразии, но мужественно держался. Ну что ж, продержись еще немного. Гномы – знатные снобы. Это всем известно. Одно то, что я здесь была принята так радушно несказанно удивляло, поэтому я понимаю Кертиса, что тут же ринулся на выручку следом.

— С него пять золотых слитков, Мари! – вдруг крикнул мне в спину наш скоростной перевозчик.

— За что? – я обернулась, не зная, чему больше удивляться – штрафу или гномьей предприимчивой скупости. Те своего не упустят!

— Он дверцу выломал. Пять слитков. Со скидкой.

— А без скидки? – не выдержал Кертис.

— Без скидки три, - бородач опять стянул шапочку и протер ей лицо, будто от прилипшей пыли. – Три вагонетки золотом.

— Ну и тарифы, - тихо удивилась я, но у мелкого народца был очень чуткий слух.

— Тариф «Для своих». Оплата сейчас же и не секундой позже.

— Но у нас сейчас нет… - я растерялась, а Алан кивнул: - У нас нет при себе ни слитка.

— Тогда три вагонетки, - тяжело, будто нехотя, вздохнул гном-что-потерял-стыд.

— Придется списать, как нужды академии, - подсказала гноминя, взмахивая платком, а мы с Аланом вытаращили на нее глаза. Ага, значит, эта предприимчивая гномья женщина прекрасно знала, чей он сын. Вот дают!