Книга Русалка в мужской академии магии, страница 143 – Наталья Буланова

— Я чувствую, но ощущаю лишь дыру в груди. Все мои настоящие эмоции уходят другому магу, который давненько ничего не испытывает, но очень хочет вновь почувствовать вкус жизни, — попыталась объяснить я.

Арчи внезапно обхватил меня за талию и прижал к себе, положил руку чуть ниже моей ключицы и заметил:

— Твое сердце стучит как бешенное от испуга или от близости того, кто нравится? Это-то ты мне можешь сказать?

— Нет, — я покачала головой. — Хочу понять, даже руку твою не убираю, но не могу, пока мои чувства отданы взаймы…

Арчи буквально давил взглядом, словно хотел прощупать насквозь. А потом наклонился и впился губами так, что укусил губу.

— Ай!

— Снова скажешь, что ничего не чувствуешь? — разозленно спросил Рейв, а потом дотронулся до моей нижней губы пальцем.

Хоть я отшатнулась, он успел поймать алую каплю и виновато посмотрел на меня.

— Прости, не хотел тебе делать больно. Но это звучит как бред: твои глаза горят, дыхание меняется, сердце стучит! Крид, бывало, чувствовал твои эмоции! Ты просто не хочешь мне говорить? Признайся! Не решила еще? Или тебе нравится играть с двумя?

Арчи распалялся все сильнее, накручивал себя словами до любовной лихорадки, от которой его щеки загорелись огнем, а глаза метали в меня молнии.

— Я сказала правду! — даже я услышала в своем голосе глубокую обиду, не то, что он.

Рейв возмущенно приподнял одну бровь, ту самую — над маской, и спросил:

— Снова ничего не чувствуешь? А голос-то дрожит!

Я закрыла глаза, выравнивая дыхание. Пусть сейчас всем эмоциям радовалась морская ведьма, я уже по сигналам тела и логической цепочке могла понять, что чувствую. И меня трясло от злости и обиды.

Наконец-то я отважилась хоть в чем-то признаться — и то не поверил! А что было бы, если бы я сказала про маску?

— Я возвращаюсь! — заключила я.

На лице Рейва отразилось раскаяние. Его сильно заносило сегодня из стороны в сторону и меня укачало на этих штормовых волнах.

— Лея, стой! Я не хотел тебя обидеть! Мне просто… хреново, бездна раздери! Я даже не понимаю: я нравлюсь тебе или маска?

— Арчи, — я посмотрела в глаза брюнету. — На это могу сказать только одно: какие чувства с дырой в груди?

— Хочешь сказать, что мне надо подождать еще.

Какое право я имею его удерживать? Да никакого!

— Это твое дело, — пробормотала я, развернулась на пятках и пошла в лагерь.

ГЛАВА 125

ГЛАВА 125

До опушки было рукой подать, когда я услышала взбудораженное, как морское дно у берега во время шторма:

— Лея!

Не успела обернуться, как сильные руки Рейва стиснули меня в объятиях так, словно он боялся, что я растворюсь в воздухе, если хватка будет чуть слабее. Парень часто дышал, словно бежал несколько часов, и никак не мог успокоить дыхание. Спиной я чувствовала, как ходит ходуном его грудная клетка.

— Больно, — пропищала я, потому что больше ни на какой другой звук в столь стесненных условиях была не способна.

— Прости, — Рейв ослабил объятие, и стало легче дышать. — Не уходи! Я не хочу, чтобы все закончилось на такой ноте. Мне физически больно, будто ножом по сердцу.

Я широко распахнула глаза.

Интересно понять, как же мне? Мне как?

Я в смятении положила руку ниже шеи и потерла, словно хотела проникнуть сквозь грудную клетку внутрь и вытащить эмоции наружу, посмотреть на них. Это так странно — действовать и не понимать, что же за этим кроется. Почему я убежала? От обиды? Или Арчи задел меня сильнее и глубже?