Книга Закон треснувшего корешка, страница 260 – Анастасия Шелест

— Их требование – заметь, никаких просьб – может для тебя плохо кончиться, – тихо признается Марк. – Ты не сможешь отказаться от их предложения. Поверь, они умеют убеждать.

Голова идет кругом. Их? Они? Почему Марк говорит так, словно не имеет к происходящему никакого отношения? Он сам-то знает, на чьей стороне?

— Что вообще им нужно? – осторожно уточняю я, приняв правила игры. Если Марк хочет откреститься от своего отца и Организации, я могу его понять. Хотя бы в этом.

Долгая тишина не предвещает легкие объяснения. Зеленый взгляд скользит по стене за спиной, упорно обтекая мою фигуру, но Марк все-таки начинает:

— Есть предание. Одна очень старая книга, передававшаяся в моей семье несколько поколений… – Еще ни одна история, начинавшаяся так, не заканчивалась хорошо. – Отец считает, что она – самый ценный артефакт, который когда-либо попадал в руки книгоходцев. Музы знают, как эта книга появилась, но в ней написано о Богине Минеде – покровительнице книгоходцев. Говорится, что однажды книгоходцу удастся вызволить ее из книги, и в благодарность она щедро одарит всех причастных. Поделится своей силой, и настанет новая эпоха в жизни книгоходцев.

Марк замолкает, отводя взгляд. Я ничего не могу с собой поделать и, фыркнув, выпускаю из груди нервный смешок:

— Какая чушь, музы.

Они все это устроили ради какой-то сказки? Какой идиот во все это поверит? Почему за столько лет никто даже не попытался вызволить Богиню? Хотя бы ради того, чтобы доказать, какие все это глупости. Я отказываюсь в это верить.

Марк пожимает плечами:

— Как знать. – В его словах нет ни фанатичной веры, ни отрицания. – Может, и чушь, но никто из этой книги еще не вернулся.

Я перестаю ухмыляться, напряженно вскинув брови. То есть они буквально собираются прикончить меня в надежде на малейшую вероятность, что мне удастся вытащить в реальность какую-то непонятную Богиню? Чудно. Я пас.

— Я не буду этого делать. – Я скрещиваю руки на груди, пожав плечами. – Вы меня не заставите.

У Марка дергается щека, но он быстро кивает:

— Очень на это надеюсь, птичка. Я сделал для этого все возможное. Было бы чудно, если бы ты сама не стремилась попасть в переплет, но уже ничего не исправить. – Марк поднимается и кивает в сторону двери. – Идем.

Я должна встать и послушно пойти? Почему он ведет себя так, словно действительно не понимает, что все изменилось? Я больше не пойду за ним вслепую, не задавая лишних вопросов и принимая все за чистую монету.

— Куда? – настороженно уточняю я, но все равно опускаю ноги с кровати.

Марк морщится так, словно всерьез надеялся, что я не стану спрашивать. Отвечает он, едва размыкая губы, хоть и пытается привычно беззаботно растягивать слова:

— Я не хотел, чтобы ты это видела, но отец велел тебя привести. Не тот случай, чтобы с ним спорить. Прости, птичка. Увидишься с братом.

Зацепившись за последнюю фразу, я напрочь забываю обо всем остальном и вскакиваю с кровати, порывисто шагая за Марком. Глупо считать, что в моих силах что-то противопоставить Организации – я видела, на что они способны и как действуют, – но хотя бы попытаться защитить Лео я должна.

Марк оборачивается и лениво двигает пальцами. Мои руки тут же сводятся за спиной, и в запястья впиваются веревки. Прежде, чем я успеваю возмутиться, Марк спокойно пожимает плечами.