Книга Где моя башня, барон?!, страница 61 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Прогулявшись по стальному нутру корабля, я нашёл пару бойцов, нанятых в СОХ. Они сидели рядом с котельной и играли в домино.

— Рыба! Хе-хе! — выкрикнул мускулистый мужик, ударив костяшкой о стальное днище.

— Ну и чё ты радуешься? Ещё ж не отыгрался, — недовольно буркнул второй, собирая костяшки.

— Надо ведь с чего-то начинать, — хмыкнул первый. Его взгляд скользнул в сторону и он заметил меня.

— Пацан, тебе чего? — спросил он.

— Эм-м, там ящики в трюм притащили, — коротко сказал я.

— Ну и что тебя смущает? Мы в торговом городе, одни ящики разгрузили, другие загрузили. Мы в дела Островского не лезем, только охраняем корабль, а там пусть что хочет перевозит. Это не наши проблемы, — отмахнулся от меня боец и вернулся к игре.

— Нет, вы не поняли. Ящики погрузили тайком на корабль, а внутри сидят люди, — пояснил я в надежде хоть на какую-то вменяемую реакцию с их стороны.

— Васян, парнишка-то, похоже, того, — боец покрутил пальцем у виска. — Чердак потёк. В ящиках, говорит, людей принесли. Ха-ха!

Он повернулся ко мне и, скептически осмотрев, спросил:

— Ты угольной пыли надышался, что ли? Вон чумазый какой. Иди отоспись. Какие люди в ящиках? Ты чего мелешь?

Вот же придурки. Лучше лишний раз оценить уровень опасности, чем наплевать на это, и потом сдохнуть. Печально, что только Шиша знает о моём испытании. А вот этих лоботрясов не было в кабаке, когда мы обмывали… Кстати, а что мы обмывали-то?

Впрочем, неважно. На самом деле дела плохи. Я не могу сказать, что я охотник. Ведь это не так. А учитывая, что они уже скептически отнеслись к моему предупреждению, слова о принадлежности к СОХ и вовсе будут смехотворны.

— Вместо того чтобы жопу просиживать, сходил бы да посмотрел, о чём я тебе толкую, — прошипел я, потеряв терпение. — Ящики с печатью дракона. Внутри сидят люди. Готов спорить, что принесли их на борт не просто так. А для того, чтобы организовать нападение.

В котельной воцарилась тишина. Охранники смерили меня взглядом, и взгляд этот не сулил ничего хорошего.

— Дуй отсюда, сопляк, пока я тебе за такие слова нос не сломал. Будешь ещё учить меня делать мою работу, — боец шмыгнул носом и сплюнул в сторону. — Корабль пуст, и охранять здесь нечего. Островский вернётся лишь под утро, тогда и отчалим. А пока пшёл вон отсюда. Фантазёр чёртов.

— Идиоты. Посмотрим, что Шишаков на это скажет, — покачал я головой и двинулся к выходу.

Мои слова услышали, и в спину тут же полетела игральная кость, которую я, резко развернувшись, поймал на лету.

— Поговори мне тут! Шиша, как видишь, сам шляется не пойми где. Работник года, мать его, — фыркнул боец. — Кость верни.

— Лови, — отозвался я.

Хлёстким движением я швырнул костяшку, да так, что она, отскочив от стальной переборки, едва не врезалась в лоб охранника. Боец в последний момент успел перехватить костяшку и зло уставился на меня.

Покачав головой, я вернулся на палубу и нос к носу столкнулся с Островским. Выражение его лица было радостным. Но ровно до того момента, пока я не врезался в его белоснежный костюм, оставив на нём чёрный отпечаток сажи.

Не желая тратить время на бесполезную гавкатню, я извинился и рванул с корабля на причал.

Островский сыпал проклятьями и обещал сломать мне ноги, но это было неважно. Вдалеке я увидел Шишу. Он шел, довольно улыбаясь в свете красных фонарей, развешанных по кромке крыш. Не теряя времени, я тут же ускорился, догоняя его.