Книга Где моя башня, барон?! Том 4, страница 15 – Антон Панарин, Сергей Харченко

— Выходи, — позвал я зеленомордого.

— Вот это номер получился

Инфаркт у Гоба чуть вдруг не случился

Нам что-то нужно провернуть

Чтоб денежку назад вернуть, — вздохнул Гоб.

— Вот этим ты и займёшься, — приказал я. — Проследи за машиной и забери ровно девятьсот тысяч рублей. Не больше.

— А как же компенсацию забрать?

Ведь нанесли ущерб, долби их мать, — покосился на меня зеленомордый.

— Мы заберём своё, — подчеркнул я. — Не нужно больше ничего тащить, как ты любишь. Ни одной лишней купюры, ни одной вещи.

Я вгляделся в поблёскивающие глаза Гоба. Да кому я говорю, вообще? Это как пытаться ограничить сладкоежку перед походом в кондитерский магазин. Но надеюсь, что зеленомордый меня услышал. Лишнего нам не надо.

Гоб кивнул, медленно погружаясь в пятно тени, возникшее рядом. А я прикинул, куда моему зелёному другу нужно проникнуть. В любом случае деньги привезут в участок, и спрячут не куда-нибудь, а на склад вещдоков. Для зеленомордого это раз плюнуть.

Я не стал дожидаться помощника. Решил прогуляться пешком, в сторону господинницы. Там меня дожидалась Катерина, а также строительные мастера, которые уже должны были справиться с черновой работой по расширению кухни.

* * *

Улица Суворова, полицейский участок № 58, полчаса спустя

— Люди в синей форме ходят взад-вперёд

Ну а Гоб сидит в тени, с нетерпеньем ждёт

Когда свалят к чёрту, в камеру зайдёт

Миллиона три с собой он точно унесёт, — тихо напевал под нос Гоб, наблюдая из тени, как люди в синей форме сгружают большие тяжёлые сумки в клетчатую камеру.

Сумки пахли банкнотами. Он даже с десяти метров чувствовал этот тягучий ароматный запах, который дурманил мозг. У золота другой аромат, более сладкий, но и этот его привлекал изрядно.

Проблемы забрать пару сумок не возникало. Понятно, что хозяин ждёт лишь девятьсот тысяч. Но Гоб ведь может и отложить остальные деньги. Так сказать на чёрный день.

Теперь он затаился и ждал, когда все выйдут из помещения, оставляя его наедине с добром.

— Боря, помогай, чёртяка ты конопатый, — рычал впереди усатый и плечистый полицейский, обращаясь к худощавому. — Там ещё на склад загружать добро.

— Ну ты видишь, что я делаю? — злобно ответил худощавый. — Веду подсчёт.

— Писульками заниматься не мешки ворочать, — усмехнулся полицейский с выпирающим вперёд пивным животом.

— Мне за это платят, Гришаня, — проворчал худощавый. — Я сейчас очень важным делом занимаюсь. Отчётностью.

— Отчётностью он занимается… Пошли уже, писарь его Величества. Будешь одновременно отмечать в свою тетрадку, — агрессивно произнёс плечистый. — Там ещё полфургона разгружать.

— И откуда у Крапивы столько барахла? — вздохнул «пивной живот».

— Ты лучше спроси у нашего начальства, какого хрена мы всё это пёрли в участок, — злобно процедил плечистый, выходя вслед за ним. — Борька, ну что ты там застрял⁈

— Здесь что-то есть… Что-то блеснуло… — пробормотал побледневший парень, вглядываясь в тень, в которой спрятался Гоб.

Зеленомордый даже нервничать начал, покрепче сжал рукоять кинжала. Как этот дрыщ его заметил? Или поблёскивающие глаза выдали?

— Так! — послышался властный голос из коридора. — Какого рожна вы тут возитесь⁈ Шевелите заготовками!

Только это заставило худощавого отвлечься. Он кинулся из комнаты, оглянувшись напоследок в сторону угла. А Гоб аккуратно вытащил второй кинжал из ножен.