Книга Белые розы Равенсберга, страница 118 – Евфемия фон Адлерсфельд-Баллестрем

— Достопочтенный маркиз, что вы там, в темноте, разглядываете? – раздался рядом с ним веселый голос.

Это была Ирис, которая встала и подошла к нему, а за ней поднялись и другие, так как пора было отправляться на покой.

— Взгляните, княгиня, – там! там! – воскликнул Спини, указывая на подобный красному штриху огонек, который вновь сильнее отразился в воде.

Ирис от удивления всплеснула руками.

— Что же вы за прозорливец такой, раз в первый же вечер заметили то, чего я ни разу не видела? – спросила она, понизив голос, как почти всегда бывает, когда люди сталкиваются с чем-то необычным. – Это… да, это призрак Хохвальда!

Со сдержанными возгласами удивления и остальные подошли ближе к ограждению террасы и начали приглядываться к красному свету.

— Что и от кого ты узнала о призраке Хохвальда? Ведь уж точно не от меня? – спросил князь супругу, покачивая головой.

Он, казалось, не видел в этом явлении ничего необычного.

— Но, дорогой Марсель, никто и не должен узнавать хронику привидений от хозяина старого замка, – с мудрым видом парировала Ирис. – Об этом поведают старейшие слуги. И из того же источника, заслуживающего абсолютного доверия, я узнала сагу о «красном огоньке Хохвальда». Его можно увидеть только темными ночами, и всегда на северной стороне замка. Рыбаки, которые ночью идут с промысла, утверждают, что он появляется в одной из бойниц, и клянутся, что это предвещает шторм, крушение судна и прочие несчастья. Но, в свое оправдание, могу заявить, что, несмотря на все восхитительно жуткие описания этого «красного огонька», я никогда не верила в его существование. Но, оказывается, он все же существует. И что ты скажешь на это, Марсель?

Князь Хохвальд пожал плечами.

— Какое-то природное явление, рефлекс, оптическая иллюзия. В любом случае что-то совершенно безобидное, – ответил он спокойно.

— Но какой же природы это явление? – спросил Спини. – Я имею в виду, какая легенда связана с этим удивительным светом?

— Легенды об этом не существует, маркиз, увы.

— Наверняка кто-то стоит в одной из бойниц с красной лампой и дирижирует этим привидением, – мудро рассудил Борис.

— Тут я мог бы поспорить, – равнодушно возразил Хохвальд. – Эти бойницы выходят в очень широкий коридор северного здания, освещаемый со стороны суши, и находится он под жилыми помещениями, а прежде служил в качестве караульни для гарнизона замка. Так как ныне все это крыло заперто и необитаемо, а ключ от него я храню у себя наверху, то совершенно исключено, чтобы таким образом шутил призрак из плоти и крови… Ведь это было бы совершенно бесцельным бесчинством, ибо шанс, что этот свет заметят даже рыбаки по дороге домой, ничтожно мал.

— И вы сами, лично, никогда не пытались исследовать это явление, когда оно давало о себе знать?

— Конечно, пытался, но успеха не имел. Это безобидное свечение не может никого всерьез испугать или встревожить, так что пусть себе… К тому же все равно этому не помешать: как сказано, мы, вероятно, имеем дело всего лишь с неким отсветом, не более.

Фуксия с живостью отозвалась:

— О, мне кажется ужасным так прозаично истолковывать и прояснять столь загадочные вещи. Обладать таким привидением – это же изумительно, ведь наши новые дома – там, в Нью-Йорке – призраки not haunted at all, you know!^[181]