Книга Темные углы, страница 113 – Меган Голдин

— Ты и половины не знаешь, – сказал он и, заметив, что Рэйчел все еще потирает плечо после их столкновения, предложил: – Может, выпьешь со мной в лобби-баре, чтобы я мог извиниться за то, что налетел на тебя?

— Ты не виноват, – сказала Рэйчел. – Я тоже не смотрела, куда иду.

— Тебе больше досталось. Ну же. Один стаканчик. Чтобы извиниться.

— Хорошо. Только один, – согласилась Рэйчел, хотя предпочла бы поплавать в бассейне отеля, чем выслушивать жалобы Эрика на его девушку.

Рэйчел последовала за ним в дальний конец бара к низкому столику с двумя мягкими креслами. Приглушенный свет и длина барной стойки из красного дерева отгородили их от гостей отеля, проходящих через холл от бассейна к лифтам. Их столик находился рядом со стеклянным окном, выходящим на заросли папоротника. У Рэйчел сложилось впечатление, что Эрик специально выбрал один из самых неприметных столиков, чтобы Зои не увидела их там, если случайно пройдет мимо.

— Зои весь день на тропе войны. Я никогда не видел ее такой злой, – сказал Эрик.

Его лицо раскраснелось и вспотело от съемок на открытом воздухе. Его влажная челка безвольно свисала на лоб.

Официантка принесла напитки и несколько миниатюрных мисочек с острым жареным арахисом, дроблеными маринованными оливками и соусом песто, а также тарелку с миниатюрными хлебными палочками.

— Почему у Зои такое плохое настроение? – с любопытством спросила Рэйчел, как только официантка отошла от стола.

— Она всегда такая, когда в стрессе, – ответил он. – Она рухнула на кровать в слезах, потому что, по ее словам, сегодня у нее нет достойного контента, чтобы выложить его в соцсети. Я больше не мог терпеть ее крики.

— Она очень серьезно во всему относится.

Рэйчел помнила, как на рассвете Зои и Эрик снимали в столовой.

— Она отчаянно хочет, чтобы ее выбрали на премию Influencer Awards, – продолжал Эрик. – Она думает, что, если проиграет, ее карьера инфлюенсера завянет и умрет. Думаю, еще она боится, что тогда ей придется выйти за меня замуж! Видимо, я утешительный приз для нее, – с горечью сказал он, делая глоток крафтового пива.

— Вы давно знакомы?

— Мы познакомились в колледже. Влюбились друг в друга с первого взгляда. Но с тех пор, как ее карьера инфлюенсера пошла в гору, все полетело в черту. Бывают дни, когда она ведет себя так, будто само мое существование ей противно.

— В каком смысле?

— Чем успешнее становится Зои, тем хуже наши с ней отношения, – пояснил он. – В некоторые дни она относится ко мне исключительно как к своему личному фотографу. Она влюбилась в этот образ жизни. Ей нравится быть рядом со знаменитостями.

— Как Джонни Мейкон.

— Как он и остальные, – пробормотал Эрик, угрюмо глядя в свой пивной бокал. – Я слишком много думаю, – укорил он себя. – На самом деле это хорошо, что она проводит время с другими инфлюенсерами. Поэтому она здесь. Это мероприятие для налаживания контактов.

— Уверена, всем было интересно собраться вместе лично, а не виртуально.

— О, конечно. Это весело. В какой-то степени. Но это еще и стресс, да и ставки слишком высоки, – сказал он. – Они друзья и в то же время соперники. Ожесточенные соперники.

— В каком смысле «ожесточенные»?

— Они могут быть в одном поде, но все равно конкурируют друг с другом за награды, спонсорские сделки, подписчиков. Каждый из них стремится к победе.