Онлайн книга «Амурские волки»
|
Это было как раз на Ильин день. С китайского берега Амура началась стрельба из орудий. Сначала жители города не поняли, в чем дело. Но вот бомба допотопного образца ударила в стену одного дома и впилась в толстое бревно. — Господи! Да ведь это они в нас стреляют! – сообразили обыватели. Весь город заволновался, начали готовиться к обороне. Власти где-то там совещались. На набережную вывезли пушки и начали отвечать на выстрелы китайцев. Организовали милицию. Китайские выстрелы мало или почти не наносили вреда городу, и жители, как и прежде, гуляли по набережной, в бинокли любуясь никуда не годной китайской батареей. Но среди администрации тотчас возник вопрос о желтой опасности, о шпионах-китайцах, о возможности организации со стороны китайцев резни в городе и так далее. А в результате всех этих соображений явилось решение: выслать всех китайцев из города. А так как в правящих кругах царила горячка, то сносились по этому вопросу телефонограммами. При этом, как и всегда, приказания передавались «по команде». Один чин телефонировал другому, другой – третьему, третий – четвертому, тот – пятому и так далее. И случилось как-то так, что первый чин приказал: — Удалить всех китайцев за Амур. А последний чин, тот, которому непосредственно приходилось приводить приказ в исполнение, получил телефонограмму: «Удалить всех китайцев в Амур». При этом справедливость требует сказать, что телефонограмма добросовестно добавила: «Не причиняя им вреда». Это последнее добавление несколько смутило чина, у него в голове возник вопрос: как это так, с одной стороны – в Амур, а с другой – не причиняя вреда? Но затем он решил: начальство, очевидно, имеет в виду, что китайцы прекрасные пловцы, а поэтому без вреда переправятся через Амур вплавь. Следовательно, на него возлагается только наблюдение, чтобы все без исключения китайцы плыли на ту сторону. И он начал собирать всех китайцев на берег Амура. Собралась толпа… огромная, как говорят местные летописцы. Тут были и купцы в шелковых халатах, и рабочие. Одни были с чемоданами, другие – с грязными узелками. Сколько их было? Неизвестно. Одни говорят – восемьсот. Другие уверяют – восемь тысяч. А что ближе к истине, неизвестно. Но сколько бы их ни было, они представляли из себя душу потрясающее зрелище. На лицах их были сначала недоумение и тревога. — На чем же нас перевезут через Амур? — Нет ни лодок, ни барок! И вот вся толпа поочередно то смотрела на водную поверхность Амура, то оглядывалась назад, на тех, кто их привел сюда и окружил цепью солдат и городовых. — Что же это значит? — На чем мы будем переправляться? Но недоумение скоро рассеялось и сменилось ужасом. Раздалась команда: — Марш в Амур! Толпа взвыла: — Как в Амур? — Плыть! — Разве это можно? — Ужас! — Верная смерть! — Амур широкий и быстрый. — Разве можно его переплыть? Но команда повторилась: — Марш в Амур! Гони их! Цепь начала напирать на толпу. — О-о! – застонала толпа. — Худо! — Смерть! Поднялись плач, стоны, озлобленные крики. Один купец раскрыл чемодан и начал бросать в Амур свертки золота и пачки кредиток: — Пусть пропадает! Пусть не достается никому! За ним то же самое стали делать и другие. А цепь напирала, теснила толпу, задние ряды сталкивали в воду передних. Те наскоро сбрасывали с себя все лишнее, плыли. |