Книга Амурские волки, страница 82 – Коллектив авторов

— Ну и пусть заявит. А мы скажем, что никакого золота и в глаза не видели, – резко возразил ему отец.

— И все же вам это дороже обойдется, чем по пятьдесят рублей за стакан, – стоял на своем молодой Покосов. – А то и в тюрьму угодишь.

— Пожалуй, что он и тут прав, – согласился Алехин. – Так не годится. Нужно что-нибудь другое придумать.

— Ничего не придумаете, – грубовато перебил молодой Покосов. – Ведь не станете же вы его убивать?

— А почему бы и не убить. Что он, святой?

— Дело не в святости. И святых убивают. А сумма нестоящая.

— Как это нестоящая?

— А так, посчитайте, так и увидите, что нестоящая. Сколько, вы думаете, стаканов золота будет у них?

— Ну, скажем, тридцать?

— Кладите даже сорок или пятьдесят, и тогда Семену Березе придется заплатить две – две с половиной тысячи. Стоит из-за этого на убийство идти?

Федор Покосов почесал за ухом.

— Да. Оно и правда – не особенно много ему придется получить с нас.

В это время в сенях послышался стук, и в избу вошел Семен Береза.

— Что же ты, один? – спросил его Алехин.

— Один.

— А они что же?

— Не идут.

— Как не идут?

— Так… боятся.

— Чего же они боятся?

— А кто их знает? – вопросом на вопрос ответил Семен. – Не пойдем, говорят, да и только. Насильно не потащишь.

— Зачем насильно тащить. А только как же быть-то?

— Туда придется идти, к ним.

— Гм… Как ты думаешь, Федор? – спросил Степан Алехин.

— Что ж. Они сюда не идут, так нам придется к ним идти. Ничего не поделаешь.

— Ну тогда идем.

И Алехин встал с лавки. Но Береза остановил его жестом руки.

— Вот еще что: они говорят, чтобы кто-нибудь из вас один пришел.

— Это зачем?

— А чтобы лишних свидетелей пока не было.

— Гм… А они ограбят, если я хоть бы пойду.

— Боишься, так деньги тут оставь, Федору.

— И то правда! – согласился Степан и вытащил из бокового кармана довольно толстый бумажник.

— На, Федор!

И он передал бумажник Покосову.

— А теперь идем, Семен, я готов, – обратился Степан к Березе и за спиной у него положил в карман револьвер.

И они вышли.

Ночь была лунная, теплая, почти весенняя. Деревня почти вся уже спала. Только в одной избе еще светился огонек.

— Вот, это у них огонь-то светится, – указал рукой Береза. – Ждут.

Через пять минут они подошли к указанной избе. Семен стукнул в окно три раза.

— Кто там? – послышалось из избы.

— Я, Семен! – ответил Береза.

— Ты один?

— Нет, не один.

— А сколько вас?

— Вдвоем со Степаном Алехиным.

— Сейчас отопру. Идите во двор.

В избе сидели трое крестьян. И больше никого не было.

— А где же у вас бабы-то? – спросил Алехин, поздоровавшись с мужиками.

— У меня нет бабы, я овдовел, – ответил молодой еще крестьянин. – Да бабам и не место при таком деле. Без них спокойнее.

— Это верно. Так показывайте товар-то, ежели думаете продавать.

— Отчего не продать.

— А хотите продать, так показывайте. Нечего зря время терять.

— Да что его смотреть-то? Золото как золото.

— Всякое бывает золото-то! – возразил Алехин. – А бывает и так, что продадут золото, а купишь медь. И это бывает.

— Оно конечно. Бывает и это, – согласился хозяин избы. – А только мы сначала в цене столковаться желаем. Сойдемся в цене, тогда смотри сколько хочешь. А не сойдемся, и смотреть нечего.

— Ладно, – кивнул Алехин. – Пусть будет по-вашему. Давайте о цене говорить. Сколько же желаете?