Книга Джилл очень недовольна, страница 17 – Кайра Руда

Точно ли я не сплю?

Джилл

Я топаю ногами, стряхивая остатки песка и земли с походных ботинок. Сегодня утром мне вдруг вздумалось спуститься пешком к океану. Ведь весь день предстоит сидеть в машине. Знаете, как говорят: сидячий образ жизни страшнее курения. Я любила затянуться сигареткой в те времена, когда из-за этого на тебя не зыркали, как на преступницу, когда можно было курить беспечно и вдоволь. Электронные сигареты не идут ни в какое сравнение с настоящими.

Я все еще смакую воспоминания о недавней глубокой затяжке моей любимой сигаретой «Вирджиния слимс», как вдруг из груди вырывается кашель. Легкие явно отвыкли от дыма. Я нюхаю пальцы и улавливаю красноречивый намек на запах табака, а потому спешу войти в дом и вымыть руки. По правде сказать, изредка я тайком покуриваю. Сегодня утром, ввиду раннего отъезда Джека, мне показалось, что это прекрасный повод вылезти, так сказать, из засады и насладиться сигаретой на рассвете. Мне вовсе не стыдно. Вокруг не наблюдалось никого, кто мог бы меня осудить, а изобличающие улики я смою с рук до возвращения Джека с тренировки.

Сигареты и зажигалку я уже выбросила в урну в парке. Джек бы глазам не поверил, найди он их в доме. Ему нравится считать себя ярым сторонником здорового образа жизни, и, пожалуй, таковым он и является. По крайней мере, в некоторых смыслах.

Смотрю на часы. Почти девять. Надеюсь, Джек не опоздает. Не хочется начинать сегодняшний день не с той ноги. Наше путешествие с целью воссоединения должно начаться ровно в десять. Я бы предпочла уже сейчас находиться в пути, но у мужа были другие планы. Перед рассветом я услышала, как его машина выехала из гаража. Сварив и выпив кофе, я направляюсь наверх принять душ. К десяти я буду готова и не сомневаюсь, что он тоже. Сколько бы Джек ни пытался притворяться и отрицать связь между нами, она нерушима. Скоро он в этом убедится.

Я приняла душ, оделась, упаковала вещи и уже приготовилась к отъезду. Джек, однако, еще не вернулся. Беру телефон и звоню ему.

— Где ты? Уже девять двадцать, – спрашиваю я, прежде чем он успевает что‑либо сказать.

— Знаю, знаю. Тихоокеанское шоссе закрыто в обоих направлениях у пересечения с Клифф-драйв, и я свернул на объездную дорогу. Понятия не имею, что случилось, но буду, как только доберусь. Скорее всего, минут через десять. – Он, кажется, всерьез паникует, и от этого мне становится легче.

— Жду, – бросаю я и отключаюсь.

Должна признаться, в глубине души я опасалась, что он может не вернуться домой после тренировки. Просто сбежит и приступит к новой работе, оставив меня в дурочках.

Но он все‑таки едет домой. Чувствуя, как губы растягиваются в улыбке, я направляюсь к зеркалу в коридоре и проверяю прическу и макияж. Неплохо для женщины за сорок. В ожидании Джека я решаю посмотреть новости. Как обычно в это время года, бегущие по экрану белые буквы извещают об очередном пожаре с очередным именем, на сей раз в округе Ориндж.

В моем детстве такие катаклизмы не считались нормальным или будничным явлением. Пожары, пусть и не менее разрушительные, случались редко. Сейчас же они возникают с ужасающей регулярностью и непрерывно набирают силу на протяжении сезона. Я не интересуюсь политикой, но нельзя отрицать, что климат изменился, ну никак нельзя. Засухи, пожары, задымление – вполне достаточно, чтобы вывести человека из равновесия, даже если стараешься не брать это в голову. В 2008 году выгорела часть нашей улицы и пламя добралось до второго дома от нас. То, что наше жилище огонь не затронул, мы расценили как везение. Но, вернувшись в свой квартал, оказались в окружении сюрреалистичных картин страшного опустошения и обугленных осколков людских жизней. Повсюду дым, тлеющий пластик, остатки мебели и бытовых приборов, электроники и воспоминаний. Огонь пожирает все без разбора. Родители Джека тоже погибли при пожаре. При этой мысли меня потряхивает.