Книга Бетонное алиби [сборник], страница 121 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Девушка прищурила левый глаз и нахмурила брови.

— Хорошо. Замечали ли вы за ним последние дни перед случившемся странное поведение?

— Да нет, — искренне отвечала женщина, — разве что чесаться стал сильнее обычного, но это, видимо, он от кого-то из местных подхватил. Часто общаются.

Стажерка качнула головой, а женщина, наспех стягивая бигуди, бросила взгляд на настенные часы.

— Слушайте, вы у Петра подробнее все узнайте, я же ему сразу все рассказала и просила приезжать, только чтобы здесь поискать, а не вопросами меня мучить, отнимая мое время. Ведь я даже ему фотографию скинула моего Тута.

— Где?

— Что где?

— Вы говорите тута, — уточнила София. — Вот я и спрашиваю где?

— Так я и говорю — Тута! — начала вскипать хозяйка.

София посмотрела в сторону Гурова, который в это время с нескрываемым весельем наблюдал за происходящим — захватывающий сюжет для пересказа Стасу.

— А полностью? — вмешался Лев.

— Тутанхамон. Я же историк, путешествовать люблю, а Египет вовсе моя страсть, вот так и решила ласково называть.

София пришла в еще бо́льшее недоумение.

— А настоящее имя? — упорно настаивала София.

Хозяйка сбежавшего пса посмотрела на девушку как на человека, обделенного умственными способностями.

— Уважаемые! Мне правда сейчас некогда. Давайте вы его найдете, ведь он наверняка где-нибудь рядом, под забор или в подвал какой забился, а я вас за это хорошо отблагодарю, договорились?

Вставая, опер ответил с улыбкой:

— Не беспокойтесь, Арина Тимофеевна, найдем мы вашу собаку. Пойдем, София.

Выйдя в подъезд и спускаясь по лестнице, Пожарская, будучи в замешательстве, все-таки решила уточнить:

— Мы будем искать… пса? Я сейчас сплю?! — Девушка потянулась рукой к предплечью, чтобы себя ущипнуть.

— А ты что же думала, в МВД работа легкая? Это тоже своего рода либо похищение, либо пропа… Что? Правильно! Жа!

Девушка недоуменно взирала на Гурова.

— Вот собаку разыщешь, считай, от меня одобрение получишь. Труп найти всякий может, там порою и искать не надо. Лежит себе и лежит, никуда сбежать уже не может. А вот пса, живого, — особо выделил он, — не всякому дано обнаружить!

— Лев Иванович, вы, должно быть, шутите?

— Да какие уж тут шутки, София Леонидовна, — произнес полковник. — Шутки у нас в бухгалтерии шутят, Орлов, вот, наш шутит, а здесь все серьезно.

— Но…

— Никаких но! Будет уроком на будущее: приехала на дело, значит, ничего не знаешь и никому не доверяешь, кроме своей головы и знаний. Поэтому расспрашиваешь все. Больше выудишь — легче дальше вести дело будет. Не исследуешь все вдоль и поперек — забуксуешь, на сколько — неизвестно. И точные, — особо выделил он, — фрагменты воспоминаний у людей имеют свойство затираться, а из-за того, что человек вспомнить не может, он начинает додумывать, пускать в ход фантазию, предположения, а это уже лишнее. Чем свежее происшествие, тем быстрее нужно все разузнать, как говорят, из первых уст. Это сейчас мы собаку ищем, а если бы дело касалось человеческой жизни? Хотя порой подумаешь… и лучше собаку спасешь, чем некоторых индивидуумов.

София, не меняя выражения лица, смотрела попеременно то на пустой бланк протокола, то на Гурова.

— Что, передумала работать?

— Нет-нет! Конечно, нет, — замотала она головой. — Тута так Тута.