Книга Бетонное алиби [сборник], страница 138 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Знал о том, что с ней стало?

— Сказал, что да. Решение о том, чтобы исключить Румянову из совета депутатов, принимали на общем собрании, большинство голосов оказалось позитивным, но сам Шилов отозвался отрицательно.

— Что сам говорит?

— Не ожидал, что так произойдет. У него алиби есть: все ближайшие к дате дни он провел в больнице с отравлением. Выписку показал, сам же объяснил, что рисовал картину несколько дней, не проветривая помещение и не покидая комнату, не ел толком ничего.

— Странное алиби… Любовница хлорку глотает, а у него внезапно справка из инфекционки чудным образом нарисовалась. Старо предание, да верится с трудом.

— Не могу сказать, Лев Иванович, мог ли он или не мог. Я все запротоколировала, но, если честно, мало деталей, я рассказала основное. Получается, будто он ни при чем.

— София Леонидовна, подожди минутку. У меня вторая линия.

Гуров нажал на экран телефона, после чего его ожидали теперь два человека для продолжения разговора на линии и третий лично.

— Лев Иванович, это Десятов беспокоит.

— Давай кратко, Димка.

— Совсем кратко? — поинтересовался Дима с шутливыми нотками в голосе.

— Да!

— Улица Шлюзовая, дом пять. До свидания, товарищ полковник!

— Так, а ну стоять! Какое до свидания? Какой адрес? Говори полностью.

— Контора, которая занимается курьерской доставкой.

— Так я адрес и без тебя уже нашел в интернете.

— Лев Иванович, так и я не все взламывать да шерстить могу. К их базе данных подкопать не получается, точнее, если я это сделаю, то у них все полетит. У людей бизнес встанет на несколько дней, пока все серверы будут поднимать, а мы только минимальную инфу узнаем. Нет, это, конечно, можно. Но можно же и проще сначала? Я так подумал.

— Верно. Понял, принял. Тогда сами, вручную займемся. Отключаюсь.

В трубке мужской баритон сменился на звонкий девичий голосок.

— Я еще тут.

— Отлично. Если по Шилову закончила и он, судя по твоему рассказу, отметается, отправляйся на Шлюзовую, дом пять, там находится служба доставки посылок по городу. У них выясни имена курьеров, кто наши ящики отвозил, а потом проведи беседу с ребятами. С Шиловым, если что, потом еще сам разок встречусь.

София что-то буркнула напоследок в трубку, но Гуров уже не услышал. Его вниманием вновь завладел стоящий напротив человек.

— Значит так, где вы, Олег Олегович, находились двадцать пятого августа?

— Меня в городе не было. Я в Китай по делам мотался.

«Версия Софы не подтверждается. Хотя…»

— Имеются ли доказательства того, что отсутствовали в городе?

Олег закатил зрачки, словно вспоминая детали, правой рукой юркнул в карман брюк.

— Эй, братец, — окрикнул он одного из своих охранников, — из гостиной сумку мою принеси по-шустрому.

Пока исполнялось повеление хозяина, сам Олег стал показывать фотографии на телефоне.

— Ну вот, смотри: здесь я в провинции Сычуань, с пандами в питомнике фотку сделал, а тут тоже в Сычуане рядом со статуей сфотографировался — класс, да? — как восторженный ребенок лепетал здоровый крепкий мужик, до того не проявляющий доброты.

— Олег Олегович, это, конечно, все прекрасно, но…

— Да на дату глянь! Вот, как раз эта фотка сделана двадцать второго сентября, эта на следующий день. О, ну вот и еще тебе доказательство.

Охранник принес сумку, и Прокофьев выудил оттуда два билета на самолет. Гуров сначала внимательно рассмотрел печати на билете в Китай, далее досконально изучил билет из Китая. Авиабилеты оказались подлинными.