Онлайн книга «Бетонное алиби [сборник]»
|
Разглядев мелкий шрифт на этикетке, нашел подтверждение своих предположений. — Не то. Выходит, рассматривать как несчастный случай? Или, возможно, я чего-то не вижу. Емельянов, раскрыв свой чемоданчик, колдовал над Филатовым, изымая микрочастицы с одежды и далее описывая все детали о месте, где лежал погибший. Шум, разносившийся по огромной территории, мешал думать, и Гурову захотелось тишины. Вроде бы он размышлял, все ситуации, так или иначе, похожи между собой. Но вдруг неожиданно находятся детали, которые не вяжутся друг с другом, либо при разговоре с подозреваемыми выясняется, что они вовсе не имеют отношения к делу, при этом предъявляя доказательства своей непричастности. Лев Иванович внезапно понял, что время клонится к вечеру, а лекарство, которое обещало беречь его нервы, он так и не выпил. Достав пузырек из внутреннего нагрудного кармана пиджака, он высыпал горсть на ладонь, после чего, выудив одну небольшую таблетку, уместил ее под язык. Во рту мигом стала разливаться горечь, а кончик языка онемел. — Прямой эфир парень не вел. Почему? — Он задумался буквально на секунду. — Здесь плохо ловит связь… Опер размышлял вслух, но поток его рассуждений прервал громогласный крик. — Стоп! Снято! — объявила режиссер. — Всем спасибо, на сегодня все свободны! — Лев Иванович, вы бы ехали домой, поздно уже. А то, что вы, что Софа — оба трудоголики. Кстати, не знаете, она из отдела домой поехала или еще там? Не отвечает мне уже несколько часов. Гуров насторожился: — Домой должна была поехать. — Да нет же, — начал Гриша и тут же закончил, заметив пристальный взгляд полковника. — Ладно, Гришань, и правда домой отправлюсь. А Пожарскую ты мне лишний раз не тревожь. Пусть девчонка в себя придет сегодня, отдохнет как следует. — Ага, отдохнет она… — пробубнил себе под нос криминалист, поглядывая на труп и тут же что-то заполняя на листе. — Не в службу, а в дружбу: закинь мне на стол копии, что вы тут еще раздобудете. Емельянов быстро кивнул и продолжил работу. Полковник же направился к автомобилю, минуя актеров массовки, наряженных в костюмы и с гримом на лицах. Дома его тоже поджидало разочарование. — Лева, ну я так больше не могу! — Что случилось? Мария, запахнув шелковый халат, подошла к кухонной тумбе и, перелив смородиновое варенье в вазочку, поставила ее на стол перед Гуровым. Время ужина уже прошло, но поздний ужин никто не отменял, а потому в полночь супруги перекусывали блинами, запивая их ароматным чаем с чабрецом. — Вот опять, — супруга положила перед Львом Ивановичем свой телефон. — Вижу, фотография. И что? — Что видишь-то? — в нетерпении спросила она. — Красавицу жену мою. На любимой работе, на сцене стоит, люди аплодируют. Ну, все правильно. Щечки Маши слегка порозовели от комплимента мужа, но ее волновало совсем не это. — Я не это показываю, посмотри ниже! — Платье? Так и платье красивое. Новое купила? — Да, Лев, блин! Мужчина упрямо вглядывался в фотографию, но не понимал, что от него требуется. — И блины вкусные, дорогая. Ты заканчивай со своими ребусами, Машенька. Давай конкретнее, уже первый час ночи, котелок не варит. — Эта фотография сделана три дня назад, когда мы давали новый спектакль, а внизу, под ней, комментарий! Читай! — «Бездарная игра актеров. В соседнем городе этот же спектакль поставили в разы лучше. Самая отвратительная подача у главной героини: речь бессвязная, по сцене ходит, как слон по манежу. Бросайте театр, Мария, это не ваше!» |