Книга Малинур. Часть 1, страница 78 – Андрей Савин

— И последний раб назовёт тебя лжецом, предсказавшим засуху, но не увидевшим конца времён! – Птолемей расхохотался вслед за собеседником.

— Точно! – поддержал его Воруш. – Поэтому я лучше буду тетрархом, чем оракулом.

Солдаты тоже заулыбались, внимая смеху командиров.

Солнце коснулось горизонта. Воздух стал необычайно прозрачным. В косых лучах замелькали яркими отблесками искры микроскопических летающих насекомых, танцующих свой танец жизни в предвкушении прохлады и росы.

— Да, это Венера, – произнёс знаток астрономии, – одна из шести странных звёзд. Они почему-то ходят по небосводу, подчиняясь каждая своему закону. И при этом не мерцают, как другие, а светят ровно. Сопоставляя их положение относительно других звёзд, как раз и можно исчислять время в масштабе суточного оборота Земли.

Птолемей задумался, а после решился:

— Воруш, ты знаком с традициями огнепоклонников. А слышал ли ты про Авесту, их святое писание?

Тетрарх посерьёзнел. Прищурившись, устремил взгляд на красное солнце.

— Слышал… читал в храмовой библиотеке об этой религии. И… многое бы отдал, чтобы ознакомиться с их знаниями о Боге.

— О боге? – в который раз за день удивился военачальник. – Мне говорили, что там немало научных знаний, в том числе по астрономии.

— Что могут значить любые знания по сравнению со знанием о Боге, если оно истинно… – отстранённо, словно уйдя в себя, высказался египтянин.

— Хм, – смутился Птолемей. – К примеру, один осведомлённый и мудрый дастур сказал как-то в беседе, что согласно Авесте Земля шарообразная. Но это ладно, Аристотель, да и ты считаешь так же… я, кстати, тоже. Но это не всё: она вращается не только вокруг своей оси, но и вокруг Солнца. И все странные звёзды тоже кружатся вокруг него, и они все летят куда-то сквозь пространство вместе с остальными бесчисленными звёздами. Представляешь?

Лошадь тетрарха встала, и Птолемей сразу не заметил этого. А когда почувствовал, что собеседника нет рядом, обернулся. Тот, затянув удила, смотрел на него открытым взглядом ребёнка, впервые увидевшего пожар.

— И действительно, это же всё объясняет… – заворожённо произнёс Воруш.

— Итак, что ты слышал об Авесте? – по-деловому повторил вопрос Птолемей, чувствуя, что собеседник выпал из канвы их разговора и сейчас думает совсем о другом.

Воин отпустил поводья. Они опять ехали вровень.

— Сейчас. Дай мне минуту, стратег, обдумать услышанное, а то потеряю очень важную мысль про циркуляцию светил и Земли. – Он безмолвно шевелил губами полминуты, а потом внезапно чуть не выкрикнул: – А Луна?! Если то, что ты сказал, – правда, как тогда движется Луна? Она же всегда в разном положении относительно Солнца, значит, Земля не крутится вокруг неё.

Военачальник улыбнулся, увидел в пытливом тетрархе себя, столь же одержимого страстью докопаться до истины и зацикленного на своих интересах. Ссылаясь на дастура, он, конечно, имел в виду переведённые первые шесть насков. Птолемей читал обработанные тексты каждую неделю и неустанно поражался дерзости изложенных там идей. Что-то было ему известно, о чём-то он догадывался или слышал это от учёных мужей как одну из версий, но многое было просто непостижимым. Размышления о бесконечном количестве шарообразных звёзд, находящихся на столь же бесконечных расстояниях, ошеломили его больше всего. Это значило, что наверху нет никакой твёрдой сферы, по которой двигаются светила. А где тогда восседает бог иудеев и зороастрийцев? И вообще… где в этом мире тогда Земля? Не значит ли это, что он, Птолемей, впрочем и как все остальные люди, всего лишь ничтожная песчинка в бескрайности мироздания, а не центр и смысл всего сущего? Такая мысль потрясла его до глубины души и пошатнула устои мировоззрения. Именно это во многом сподвигло царского соратника серьёзно задуматься об услышанном от Таис, попытаться понять её чувства и переживания от знакомства со странным и бестелесным Богом и в итоге согласиться найти Авесту втайне от Александра.