Онлайн книга «Жертва и другие»
|
— Понимайте как хотите, — сказала женщина и демонстративно отвернулась. — И все-таки мы их зададим, — сказал Гуров. — А вдруг вам захочется на них ответить? Вдруг вы поймете, что ответ — это то единственное, что вас спасет? Может такое быть? Женщина промолчала. — Скажите, вам знакомо такое имя — Зухра Мажитова? — спросил Гуров. — Кто это такая? — надменно поинтересовалась женщина. Но это была напускная надменность, это больше было похоже на браваду, чем на надменность как таковую. На испуганную браваду, можно сказать и так. И Гуров это понял. А вернее, он это уловил особым чутьем опытного сыщика. Опытный сыщик всегда поймет, боится ли его вопросов тот, кого он допрашивает. Кажется, дело постепенно сдвигалось с мертвой точки. — Кто это такая? — переспросил Гуров. — Это та самая женщина, которую убили. В лесу. Из пистолета «беретта» выстрелом в висок. И в карман которой подбросили флешку с бессмысленным содержанием. Вам ничего не говорит такая история? — Нет, не говорит, — ответила женщина. — Не понимаю, что вам от меня нужно… — Значит, вы никогда не знали женщину по имени Зухра Мажитова? — Гуров недоверчиво усмехнулся. — Вот уж не подумал бы, что вы такая забывчивая… Что ж, коль вы и вправду забыли, то я вам напомню. Это та самая женщина, которую вы приказали убить. Адепт вашей секты. Ну теперь-то вы вспомнили? Должны вспомнить — это уж как дважды два. Думаю, не каждый день вы убиваете ваших адептов. Ну так вспомнили? — Что вы такое несете? — вскинулась женщина. — Кого это я убила? Вы сошли с ума! Вы провокатор! Вместе с вашим коллегой! — И она указала на Крячко. — Вы за это ответите! — Я могу считать это вашим окончательным ответом? — бесстрастным тоном спросил Гуров. — Что ж, как хотите… Не желаете говорить вы, буду говорить я. Буду повторять то, что я совсем недавно слышал от… Впрочем, это неважно, от кого я слышал. Итак… * * * В то самое время, когда Гуров и Крячко пытались хоть чего-нибудь добиться от несговорчивой Натальи Кузнецовой, в камере, расположенной буквально через стену от кабинета, шла своя жизнь. Это была очень непростая, по-своему напряженная жизнь. Всего в камере было пять человек. Два — это санитар Кривов и Игорь Васильев, еще два — совсем посторонние бродяги, которых Степанищев поместил в камеру для массовки, и пятым человеком был подсадной агент, псевдоним которого был Футболист. Двое бродяг, потолкавшись, дружно задремали, Футболист также сделал вид, будто спит. А вот что касается Игоря Васильева и Сергея Кривова, то им было не до сна. Какой уж тут сон? Оба они прекрасно понимали, что вляпались в нехорошее, кровавое дело. Подсудное, иначе говоря, дело. Вот тот всезнающий человек в штатском, который допрашивал Кривова, намекнул, что здесь не исключен даже пожизненный срок. Пожизненное заключение! На это Кривов не был согласен категорически: ему вполне хватило двух коротких тюремных сроков, которые он получил в прежние времена за, так сказать, подвиги своей юности. Наслышался Серега Кривов, будучи в отсидке, и о том, что такое пожизненное заключение! Самому своему лютому врагу он не пожелал бы таких-то житейских перспектив! Вот об этом он и говорил с Игорем Васильевым. Говорили они тихо, вполголоса, однако же Футболист слышал весь их разговор. Футболист в таком деле был человеком опытным, он знал, как лучше подслушать чужие разговоры. Можно прикинуться безучастным, можно — спящим… Были в арсенале Футболиста и другие способы, вплоть до чтения по губам и до угадывания сути разговора по выражениям лиц тех, кто разговор вел. Опытной «подсадной уткой» был агент Футболист, что и говорить! |