Онлайн книга «Жертва и другие»
|
А дальше и вовсе все стало для Гурова складываться само по себе, как некая картина из пазлов. Картина, в которой Лев Иванович уразумел потаенный смысл. Значит, Зухра Мажитова стала для «генералов» чем-то опасной, и они дали команду ее убрать. Конечно, сами они таким делом не заморачивались — не «генеральское», так сказать, это дело. Они дали команду одному из своих «капралов» — вот этой самой женщине, Наталье Кузнецовой, которая сейчас сидит перед Гуровым. И все остальное сделала она. Придумала план, как похитрее убрать строптивую Зухру Мажитову, наняла убийцу, каким-то образом с ним рассчиталась… Здесь, кстати, нужно обязательно выяснить, какую плату запросил убийца. Наверное, деньги, много денег. Спрашивается, откуда их взяла Наталья Кузнецова? Впрочем, и это вопрос второстепенный. Главное сейчас — не упустить нить рассуждений. Ибо это правильная нить. Все становится на свои места. — Что ж, не хотите сознаваться, и не надо, — сказал Гуров. — Обойдемся без ваших признаний. Вот так… Видимо, в этих словах Гурова таилось что-то такое, чего, возможно, он и сам не осознавал. Но это осознала сама Наталья Кузнецова. Осознала — и поняла, что таиться ей не стоит, в этом нет никакого смысла. Никто ее не выкупит, никто не станет устраивать ей побег… — Я их боюсь, — глухим голосом произнесла она. — Они и со мной сделают то же самое, что с Зухрой. Вы их не знаете… Это страшные люди… — Это вы о «генералах»? — уточнил Гуров. — О них… И Наталья заплакала. В принципе, тут для Гурова все было понятно. Наталья была женщиной и вела себя по-женски — ну а как еще она могла себя вести? Женщина всегда остается женщиной, даже если она убийца. Попав в безвыходное, как ей самой кажется, положение, она всегда плачет. Так уж женщины устроены… — Ладно, — сказал Гуров. — Не плачьте… Разберемся и с вашими «генералами». Лучше, конечно, если с вашей помощью. Так будет быстрее… — Вы кто? — сквозь слезы спросила Наталья. — Полковник Лев Гуров из Главного управления уголовного розыска, — отрекомендовался Гуров. — Из Москвы… — Они тоже из Москвы, — всхлипывая, сказала Наталья. — «Генералы»… На это Гуров не отреагировал никак, хотя то, что ему сказала Наталья, было для него новостью. Значит, из Москвы… Высоко забрались ребята, ничего не скажешь… Они, стало быть, в Москве, а убийство-то совершено здесь, в Новореченске, в тысяче километров от Москвы. Сплели, значит, ребята паутину… Возможно, по всей стране. Ну-ну… — Рассказывайте, — сказал Гуров. — И ничего не бойтесь. — Что рассказывать? — не сразу спросила Наталья. — Об убийстве? О самой себе? — Все, что хотите, — сказал Гуров. — И желательно со всеми подробностями. И не надо бояться никаких «генералов». Ни «генералов», ни «адмиралов». Видали мы всяких… Опять же, сам того не подозревая, Гуров произнес нужные слова. Самые нужные, которые только были возможны в данной ситуации. «Видали мы всяких», — сказал он, и эти слова произвели на Наталью впечатление. Потому что это были не просто слова, не просто бравада или утешение, это были слова, сказанные мужчиной. Это были мужские слова. А Наталья была женщиной. И неважно, что при этом она была преступницей, а Гуров ее допрашивал. Неважно, что они находились по разные стороны канцелярского стола. Здесь важно другое. Важны сами слова — мужские, уверенные. Слова, в которых угадывалась мужская сила. Женщине всегда хочется прислониться к таким словам, спрятаться за ними. И неважно, что сама она и тот мужчина, который их произнес, — по разную сторону жизни. Ничего неважно, кроме одного — самих слов. |