Книга Когда Орк слушает Принцессу, страница 33 – Лина Эвери

Она гладила его руку. Грубую, со шрамами на пальцахю Железный коготь — сейчас он казался не страшным, а родным. Всего за каких-то пять дней — для нее все изменилось.

— Не умирай, — повторила она то, что неустанно твердила про себя. — Я не хочу потерять тебя. Я уже потеряла… так много.

Дракмор не отвечал.

Её семья — все они остались позади. Те, кого Фелиция считала самыми близкими людьми во всем мире, без которых не представляла свою жизнь. Она думала, что справилась, но ошибалась. Она лишь теряла себя, но тут — вновь нашла.

Пальцы Дракмора неожиданно сжали её ладонь.

Фелиция замерла. Посмотрела на его лицо.

Глаза были до сих пор закрыты. Но он боролся.

— Ты обязательно сможешь.… Ты — живучий орк.

Она придвинулась ближе, смело легла рядом — на шкуру, на землю, на край его здоровой руки. Не стесняясь. Не думая. Сейчас ей просто хотелось быть ближе.

— Я не знаю, слышишь ли ты меня или я просто болтаю сама с собой… — заговорила она шёпотом. — Я хочу сказать сейчас, пока еще могу… Кажется, я влюблилась в тебя.

Реакции не было. Ей показалось, Дракмор задышал тяжелее.

Пусть будет так, подумала Фелиция. Ей хотелось ему рассказать, хоть и не в такой ситуации — но вдруг потом будет поздно?

— Я не хочу, чтобы ты умирал. Не знаю, глупы ли мои чувства, потому что я еще юна, но я больше не хочу молчать. Вдруг ты… меня слышишь и вдруг ты… погибнешь.

Она всхлипнула. Тихо, почти неслышно.

Тогда, Фелиция не успела сказать семье, как их любит. Росла упрямой выскочкой, которая скорее покажет язык отцу, чем его послушается. Строгая мама умела управиться с ней, но Фелиция в сердцах могла сказать ей, что ненавидит её. Что было не так.

Она любила их. Как и братьев, у которых вечно не было на нее времени и она отчаянно скучала. И так не успела всем им сказать, что любит…

В этот раз так не будет.

И Дракмор… обязательно должен выжить. Фелиция уткнулась носом ему в плечо, медленно погружаясь в тревожный сон.

Утром, когда первые лучи солнца пробились сквозь полог шатра, Дракмор открыл глаза. Янтарные огни зажглись сильнее самих лучей, он зашевелился и Фелиция мгновенно проснулась. Её глаза опухли от слез, как и лицо, но Дракмор все равно ей улыбнулся.

— Фелиция, — сказал он. Голос — хриплый, слабый, но живой.

Фелиция хохотнула — громко, нервно и снова зарыдала. Он её слышал? Все, до последнего слова?

— Ударение на слог в середине. — поправила она, утирая лицо.

— Я запомню, Фелиция.

— Ты жив… я так рада!

Фелиция не сдержалась и кинулась ему на грудь, обнимая. Дракмор зашипел и она тут же отстранилась.

— Ой, прости!

— Хочешь все-таки отправить меня на тот свет, принцесса?

— Фелиция! — поправила она недовольно.

Дракмор усмехнулся — слабо, одними уголками губ. Его рука поднялась и коснулась её щеки. Шершавая, горячая, живая.

— Твой голос удерживал меня на земле. Ты спасла меня, — произнес он.

— Ты первый спас меня, — ответила Фелиция, прижав его руку к себе ближе.

— Неужели?

— Не делай вид, что не помнишь, что я говорила ночью…

Фелиция не покраснела лишь чудом, когда Дракмор усмехнулся.

Он посмотрел на неё долгим взглядом — жёлтые глаза тёплые, почти золотые в утреннем свете.

— Мне нужен день, чтобы прийти в себя, — заявил Дракмор.

— Всего день?

— На орках все заживает быстро. Ты подождешь, Фелиция?