Книга Вызов демона на дом, страница 10 – Леон Монтан

На пятом платье я сдалась.

— Асмодей, я устала! Это всё не то!

Шторка примерочной резко отдернулась. Он вошел внутрь. Кабинка была тесной, зеркала со всех сторон множили наши отражения. Воздух мгновенно стал горячим.

— Не то? — переспросил он тихо, запирая шпингалет. — Тогда мы сделаем «то».

В его руках было платье. Темно-алое, как густое вино. Ткань струилась, словно живая.

— Повернись, — приказал он.

Я послушно повернулась к зеркалу. Асмодей встал сзади. В отражении мы смотрелись... пугающе гармонично. Его темная фигура возвышалась над моей, его руки легли мне на плечи, медленно скользя вниз, к застежке моего джинсового сарафана.

— Ты напряжена, — прошептал он, касаясь губами моего уха. — Расслабься. Доверься мне.

Он медленно расстегнул молнию. Сарафан упал к моим ногам. Я осталась в белье, чувствуя себя голой под его пристальным взглядом. В зеркале я видела, как его глаза потемнели, зрачки расширились.

— Красивая, — выдохнул он, и это прозвучало не как комплимент, а как приговор. — Но нужно добавить огня.

Он взял алое платье. Оно скользнуло по моей коже, как прохладная вода, но когда ткань коснулась тела, она вдруг нагрелась. Платье село идеально, словно вторая кожа. Вырез на спине был глубоким, открывая лопатки, а спереди ткань плотно облегала грудь, не требуя белья.

— Perfecto, — прошептал Асмодей.

Он положил руки мне на талию, большие пальцы поглаживали ребра через тонкий шелк.

— Чувствуешь? — спросил он. — Я вплел в ткань чары очарования. Любой, кто посмотрит на тебя, будет видеть богиню. Но трогать... — его руки сжались сильнее, притягивая меня спиной к его груди, — трогать могу только я.

Внизу живота сладко заныло. Я откинула голову ему на плечо, глядя в зеркало на наши переплетенные пальцы.

— Асмодей... — мой голос дрогнул.

Он наклонился и поцеловал меня в шею, там, где билась жилка. Нежно, едва касаясь, дразня. Потом чуть сильнее, прикусив кожу. Я судорожно вздохнула.

— Тише, — прошептал он. — Нас могут услышать.

Его рука скользнула по бедру вверх, под платье. Пальцы коснулись резинки трусиков.

— Ты ведь хочешь этого, Марго? — его шепот стал хриплым. — Я чувствую твой пульс. Он скачет, как заяц. Ты хочешь, чтобы я взял тебя прямо здесь, в этой тесной кабинке, под свет софитов?

— Да... — сорвалось с моих губ прежде, чем я успела подумать.

Он резко развернул меня к себе. Его губы накрыли мои в жадном, требовательном поцелуе. Это было не как в кино. Это было грубо, властно, ошеломляюще. Я вцепилась в лацканы его пиджака, отвечая с той же страстью. Его язык исследовал мой рот, присваивая, подчиняя.

Его колено раздвинуло мои ноги. Я почувствовала твердость его желания сквозь ткань брюк. Он прижал меня к зеркалу, холодное стекло обожгло спину, но жар его тела компенсировал всё.

— Месье? У вас всё в порядке? — раздался голос продавщицы из-за шторки.

Мы замерли. Асмодей оторвался от моих губ, тяжело дыша. Его глаза горели адским огнем.

— Мы берем это, — рявкнул он, не оборачиваясь. — И еще вон то, кружевное. И туфли.

Он отстранился, поправляя пиджак, хотя его вид был далек от спокойствия.

— Одевайся, — сказал он, и голос его звучал странно глухо. — Иначе я забуду про контракт и про то, что мы в общественном месте.

Я стояла, прижимаясь к зеркалу, с распухшими губами и колотящимся сердцем, пока он выходил из кабинки.