Книга Вызов демона на дом, страница 41 – Леон Монтан

— Начальник отдела водоснабжения только что признался секретарше, что воровал казенную святую воду и продавал ее вампирам как тоник для лица! — радостно сообщил кот. — Секретарша в ответ призналась, что она на самом деле не кикимора, а трансгендерный леший, и что она влюблена в фикус. Фикус, кстати, тоже заговорил и потребовал отпуск.

На заднем плане пробежал тот самый инспектор Грымза. Он рыдал.

— Я ненавижу бланки! — кричал он, разбрасывая бумаги. — Я всегда хотел танцевать в балете! Я хочу быть черным лебедем!

Шрёдингер перевел камеру на себя.

— Короче, работа встала. Они не могут врать, Марго. Они даже не могут приписать лишние киловатты в квитанции. Система рухнула за полчаса. Я потребовал икры и массаж лапок в качестве компенсации за стресс от наблюдения за их истерикой. Они согласились.

— Ты чудовище, — с восхищением сказал Асмодей. — Я горжусь тобой, пушистый.

— Я знаю, — кот зевнул. — Но мне скучно. Икры много, а поговорить не с кем. Они все ноют и каются. Заберите меня отсюда, я выполнил миссию. ЖЭК парализован минимум на месяц. Штраф аннулирован, потому что Грымза сжег архив в порыве честности.

— Мы едем, — кивнул демон. — Держи оборону.

Изображение мигнуло и исчезло.

— Ну что, — Асмодей поставил чашку на стол. — У нас есть план на утро. Спасательная операция «Рядовой Райан» в декорациях бюрократического ада.

Я побежала одеваться, чувствуя себя героиней блокбастера.

Впереди нас ждал обезумевший от правды ЖЭК, кот-диверсант и целый мир, который еще не знал, что в Москве появилась новая сила: студентка-архитектор и владыка искушений.

Черный «Мустанг» 1967 года материализовался не на парковке, а прямо на клумбе с петуниями, которую баба Валя любовно поливала заговоренной водой. Машина рычала, как голодный цербер, и пахла серой и кожей.

— Экологически чистый транспорт? — уточнила я, садясь на пассажирское сиденье.

— Работает на грешных душах, — подмигнул Асмодей, надевая солнцезащитные очки (хотя на улице было пасмурно). — Нулевой углеродный след, стопроцентный пафос. Держись, ведьма, в аду нет ограничения скорости, и я до сих пор не привык к вашим камерам на МКАДе.

Мы рванули с места так, что меня вдавило в кресло. Город за окном превратился в размазанную серую полосу. Другие машины шарахались от нас, словно чувствовали исходящую от капота ауру древнего ужаса. Или просто боялись подрезать раритет стоимостью в три московские квартиры.

— Куда мы едем? — перекрикивая рев мотора, спросила я. — Где находится этот магический ЖЭК?

— Там же, где и все филиалы ада на земле, — усмехнулся Асмодей. — В подвале жилого дома в Капотне. Самое депрессивное место в городе. Идеально для бюрократии.

Мы затормозили у обшарпанной девятиэтажки. Вывеска над ржавой железной дверью гласила: «ООО "ЖилСервис-Тьма". Прием граждан круглосуточно, кроме обеда, ужина и плохого настроения».

Асмодей галантно открыл мне дверь.

— Готова увидеть, как рушатся империи?

Мы спустились по лестнице, пахнущей хлоркой и отчаянием. Внизу нас встретил турникет, который попытался откусить мне ногу, но, увидев взгляд Асмодея, виновато заскрипел и распахнулся.

Внутри царил хаос.

Представьте себе муравейник, в который залили литр энергетика и бросили петарду.

Сотрудники — существа разной степени мохнатости и рогатости — бегали по коридорам, вырывали на себе волосы и кричали правду.