Книга Вызов демона на дом, страница 61 – Леон Монтан

— Только держись за меня, — предупредил он. — И ничему не удивляйся, местный контингент специфический. Хуже, чем в метро в час пик.

Мы прыгнули.

Полет длился секунду, но желудок успел сделать тройное сальто.

Мы приземлились на мостовую, вымощенную чем-то подозрительно похожим на айфоны предыдущих поколений. Небо над головой было цвета запекшейся крови, а вместо солнца висел огромный горящий глаз, который периодически моргал.

Вокруг кипела жизнь. Точнее, не-жизнь.

Это был базар. Бесконечные ряды палаток, сделанных из костей и кожи грешников (надеюсь, искусственной). Демоны всех мастей и размеров сновали туда-сюда, толкая тележки с товаром.

— Добро пожаловать на Рынок Скорби, — торжественно объявил Асмодей, поправляя бейсболку. — Здесь можно купить всё: от совести политика до вечного двигателя, но нам нужен сектор «Всё для дома и пыток».

Шрёдингер, который прыгнул с нами (кот отказался пропускать такое шоу), принюхался.

— Пахнет жареным и скидками, мне нравится.

Мы двинулись сквозь толпу.

На меня косились. Еще бы: живая женщина в джинсах и футболке с надписью «I hate mondays» среди рогатых и хвостатых существ.

Один мелкий бес с подносом подбежал ко мне:

— Свежие грехи! Горячие, только что из мира людей! Чревоугодие, зависть, ипотека под 0.1%! Недорого!

— Кыш! — рявкнул Асмодей, и бес испарился с легким хлопком. — Марго, сделай лицо попроще. Ты выглядишь слишком доброй. Представь, что ты в паспортном столе и тебе хамят.

Я нахмурилась.

— Вот! — одобрил Владыка. — Теперь ты вылитая ведьма из седьмого круга. Почти родная.

Мы подошли к огромному павильону, вывеска на котором гласила: «ООО "Вечные Муки": Сантехника, Кафель, Котлы».

За прилавком сидел демон необъятных размеров. У него было четыре руки, и в каждой он держал по шаурме (из чего она была, я предпочла не спрашивать).

— Бельфегор! — радостно воскликнул Асмодей. — Старый лентяй! Сколько лет, сколько зим!

Демон лениво открыл один глаз.

— Асмодей? Владыка? Ты чего тут забыл? Неужели твой котел прохудился? Я говорил, бери чугунный, а ты всё «керамика, керамика»...

— У меня ремонт, — трагично сообщил мой демон. — В мире смертных. Мне нужна плитка. Неубиваемая. Чтобы выдержала падение метеорита, истерику женщины и когти вот этого зверя.

Он указал на Шрёдингера. Кот демонстративно выпустил когти, которые со скрежетом процарапали прилавок из обсидиана.

Бельфегор оживился. Он отложил одну шаурму.

— Ремонт у смертных? Сочувствую. Это хуже, чем вечность в ледяном озере. Есть у меня одна коллекция... «Слезы Горгоны». Ударопрочная, кислотостойкая, сама моется, если на нее наорать.

Он достал образец. Плитка была черной, с прожилками, которые медленно пульсировали красным светом.

— Красивая, — оценила я. — А в ванную пойдет?

— Идеально, — кивнул Бельфегор. — Вода на ней сразу вскипает. Экономия на бойлере.

— Берем, — решил Асмодей. — Сколько?

— Для тебя, владыка, скидка. Три души праведников и... — демон хитро прищурился, глядя на меня. — И рецепт того самого борща, про который ходят легенды в Верхнем Мире. Говорят, твоя смертная умеет варить зелье, воскрешающее мертвых.

Я рассмеялась.

— Это не зелье, это просто чеснок и пампушки, но рецепт я вам дам. Только в обмен на клей, тот, который держит намертво.

— «Момент Вечности»? — Бельфегор почесал рогом затылок. — Дефицит. Санкции, знаете ли, но ради борща...