Книга Вызов демона на дом, страница 89 – Леон Монтан

Мы двинулись за ним. Это было похоже на безумный танец. По моей команде мы шли спиной вперед по лестницам. Мы протискивались сквозь щели между колоннами, которые казались нарисованными, но на деле оказывались проходами. Я заставляла их игнорировать двери с надписью «Вход» и шагать прямо в глухие стены, которые расступались, подчиняясь правилам обратной перспективы.

Ангел тихо молился, демон-бухгалтер записывал что-то в планшет. Асмодей шел рядом со мной, с интересом наблюдая, как я делаю расчеты в блокноте на ходу.

— Ты понимаешь, что сейчас взламываешь божественный код с помощью карандаша и бумажки? — тихо спросил он.

— Я пять лет взламывала мозг преподавателю по строительной механике, — отмахнулась я. — По сравнению с этим, ваше чистилище — просто детский лабиринт на коробке с хлопьями.

Внезапно Шрёдингер остановился.

— Тут пахнет пылью и очень старыми секретами, — сообщил он.

Мы стояли перед тупиком. Никаких дверей, никаких теней, просто глухая бежевая стена.

Я посмотрела на свой чертеж, линии сходились именно здесь.

— Это не стена, — я подошла вплотную и прижала ладонь к поверхности. Она была холодной и слегка вибрировала. — Это фасад в изометрической проекции, чтобы войти, нужно изменить угол зрения.

Я присела на корточки, заставив остальных сделать то же самое, и посмотрела на стену снизу вверх под углом в тридцать градусов.

Оптическая иллюзия рассыпалась. Глухая стена превратилась во внушительные, обитые медью двустворчатые двери. Над ними висела табличка, выкованная из потускневшего золота:

«ГЛАВНЫЙ АРХИВ ТВОРЕНИЯ. ВХОД СТРОГО ПО ПРОПУСКАМ КАТЕГОРИИ АЛЬФА».

— Пришли, — выдохнула я, поднимаясь и отряхивая джинсы.

— Впечатляет, Маргарита Викторовна, — сухо признал Нафанаил, поправляя галстук. — Вы обладаете нестандартным мышлением, но боюсь, ваши навыки чертежника нам больше не помогут. За этими дверями находится хранитель и он не подчиняется законам геометрии.

Асмодей щелкнул пальцами, вызывая на кончиках маленькие, плотные искры адского пламени.

— Отлично. Геометрия закончилась, начинается дипломатия. Я вышибу эту дверь.

Но не успел он замахнуться, как створки со скрипом, от которого заныли зубы, отворились сами.

Из темноты повеяло запахом нафталина, старого пергамента и... мятных леденцов.

— Опять без стука, — раздался скрипучий, недовольный голос из глубины архива. — И почему вы не надели бахилы? Я только вчера вымыла полы в секторе мезозоя!

За медными дверями архива творения скрывалась не величественная библиотека с парящими фолиантами, а помещение, до боли напоминающее читальный зал районной библиотеки где-нибудь в Бибирево.

Только вместо пыли в воздухе летали крошечные, размером с пылинку, мертвые галактики, а бесконечные стеллажи из темного дерева уходили не в потолок, а прямо в космическую бесконечность.

За массивным столом, перегородившим проход к стеллажам, сидела женщина. На вид ей было около шестидесяти. На ней была пуховая шаль, очки на толстой цепочке и выражение лица человека, который лично видел, как вымерли динозавры, и считает, что они сами в этом виноваты, потому что не соблюдали тишину.

Перед ней стояла табличка: «Хранительница Архивов Зинаида (в прошлом Серафим Шестикрылый, ныне на пенсии)». Она меланхолично вязала бесконечный шарф, нить для которого тянулась прямо из пространственного кармана.