Книга Дядя. Мой запретный подарок, страница 35 – Анна Хорн

— Слышала? — прошептал он, и его пальцы начали дразняще очерчивать ключицу.

Я замерла, прислушиваясь к звукам из кухни. Саша начал напевать какой-то старый мотив, явно не собираясь возвращаться в ближайшие пять минут. Это время было нашим.

— Тебе с сахаром? — рявкнул Саша из кухни, не оборачиваясь. Послышался грохот открываемого холодильника. — Или как? А молоко где? Опять всё вылакали!

Артём не ответил сразу. Он смотрел на меня сверху вниз — тяжело, с тем самым опасным прищуром, от которого у меня перехватывало дыхание. Указательным пальцем он медленно провёл по моей скуле, спустился к губам и большим пальцем чуть надавил на нижнюю, заставляя их приоткрыться.

Я прикрыла глаза от удовольствия и прильнула щекой к его твёрдому животу, ощущая кожей каждое его рваное дыхание. Под прикрытием маминого пледа я медленно повела рукой по его бедру вверх.

— Да, с сахаром! — Артём ответил Саше непривычно сбивчиво, когда мои пальцы коснулись его.

Сначала я просто погладила его через мягкую ткань штанов. Он уже был готов — твёрдый, обжигающе горячий, словно только и ждал, когда я наконец решусь. Артём выдохнул резко, почти со стоном, но вовремя сдержался.

Я осмелела. Осторожно зацепила пальцами резинку его штанов и потянула её вниз — на сантиметр, потом ещё на один. Когда мои пальцы наконец скользнули по гладкой, бархатистой коже его окончания, по моему телу прошла такая горячая волна, что я едва не вскрикнула.

— Нашёл! — победно крикнул Саша с кухни, и послышался звук наливаемого в кружку молока.

— Сань, я буду с молоком! — громко ответил Артём. Голос у него был слишком бодрый для человека, с которым в эту секунду происходило такое.

Я не сдерживала улыбку. Пока отчим шумел на кухне, заваривая вторую порцию кофе, я накрыла свою голову пледом и взяла его в рот. Медленно, с наслаждением. Сначала коснулась языком самого края, там, где кожа была особенно нежной, и провела влажную дорожку по всей длине. Он вздрогнул.

Моя рука сжала основание, а губы работали ритмично и глубоко. Я чувствовала, как он наливался силой с каждым моим движением, как он пульсировал на языке, и от этого кружилась голова.

Из кухни доносилось ворчание отчима: «Опять соль не там стоит… москиты… чёрт бы их драл, всю кожу изъели, надо фумигатор новый купить».

Артём до боли стиснул зубы, сдерживая рвущийся наружу стон. Его ладонь нырнула под плед и крепко сжала мой затылок — он не толкал, просто держал меня так, как держат самое дорогое и запретное.

Я почувствовала этот безмолвный приказ и ускорилась. Тихие, влажные звуки моих движений полностью тонули в шуме закипающей на кухне турки. Я ловила сумасшедший кайф от того, как он, теряя контроль, начинал едва заметно подавать бёдра навстречу, подстраиваясь под мой ритм. Сквозь тонкую ткань пижамы я ощущала, как до каменного состояния напряглись мышцы его пресса.

Каждый мой вдох был пропитан его запахом, а близость Саши, который что-то продолжал бормотать в паре метров от нас, только подстегивала. Артём закинул голову назад, его кадык судорожно дернулся, а пальцы на моем затылке сжались ещё сильнее. Он был уже на грани, балансируя между оглушительным удовольствием и страхом быть пойманным.

— Да где этот сахар… — послышался голос Саши, и звук выдвигаемого ящика прозвучал как выстрел.