Книга Сбежавшая истинная для дознавателя, страница 30 – Юлианна Винсент

— Вот и все, — убирая руки от моей головы, сообщил блондин. — В целом, все хорошо. Есть парочка нарушений в магических потоках, но это скорее всего из-за стресса, пережитого за последние несколько дней.

— Еще бы! — вклинился Ксавьер.

— Из рекомендаций, — вставая, сказал лекарь. — Пить вкусный чай, есть вкусняшки, принимать теплые ванны и как можно меньше общаться с теми, кто заставляет нервничать.

На последней фразе Дэмиан недвусмысленно посмотрел на Вьера, а тот лишь недовольно фыркнул в ответ.

— А сейчас я вас оставлю, — подходя к двери, сказал блондин. — Если будут какие-то вопросы, ты всегда можешь связаться со мной по магофону.

— Но лучше, конечно, с ним не связываться, — не смог удержаться от подкола Ксавьер.

— Ой, кто бы говорил! — беззлобно улыбнулся лекарь и вышел из кабинета.

А я сидела и обдумывала его слова.

“Как интересно знать, я должна сократить уровень стресса в своей жизни, если он течет вместо крови по моим венам?” — возник в голове безутешный вопрос.

А Ксавьер подошел, присел на край дивана, взял мою руку в свою и пристально глядя мне в глаза своим проницательным изумрудным взглядом, хрипло спросил:

— Лилит, а ты знала, что иллюзию Баггера может разрушить только поцелуй истинной любви?

Глава 18

Лилит

— То есть ты был там? — вырвалось у меня, и хоть я и старалась придать голосу спокойствие, во рту пересохло. Тактично проигнорировать признание в "истинной любви" было проще простого. Сердце как будто запнулось, пропустило удар, а потом бешено заколотилось.«Истинная любовь»… Звучит как насмешка природы. Между магами и анимаморфами не может быть истинности.

Мужчина коротко кивнул, поджав губы, словно ему и самому было не по себе от этой темы. Тонкие линии залегли у его глаз, выдавая напряжение. Интересно, чего он сейчас опасается?

— Но как? — я беспомощно развела руками, пытаясь подобрать слова, хоть и понимала, что ответа все равно не найду. — Что это вообще было? Как ты вернулся?

— Меня выкинуло оттуда само, — пояснил Вьер, и в его голосе послышалось раздражение, от которого стало немного не по себе. — Незадолго до того, как ты очнулась. Я только и успел позвать на помощь.

“Позвать на помощь?” — значит, даже Ксавьер, этот вечный самонадеянный герой, нуждается в помощи.

Что-то в этой мысли взбудоражило меня, словно приоткрыло завесу над его человечностью.

Я села на диване, чувствуя себя абсолютно обессиленной, и устало потерла виски. Головная боль сжимала голову клешнями, напоминая о пережитом ужасе, о моей беспомощности.

— Они поймали нас в ловушку, — продолжил объяснять Ксавьер, и его голос вдруг стал твердым, как камень. — Когда мы были максимально уязвимы, надеясь, что получится заставить тебя отдать им Софию. Я считаю, что нужно все рассказать ребятам и вместе придумать способ, как защитить дочь и тебя от них.

София. Имя дочери словно плетью хлестнуло по лицу. Я снова едва не совершила ошибку, едва не поддалась на уловки этих уродов. Ярость вскипела во мне, смешавшись с леденящим душу страхом.

— Ты им доверяешь? — я впилась взглядом в его лицо, пытаясь разглядеть хоть малейшую тень сомнения. Так просто поверить кому-то — это не про меня.

— Больше, чем себе, — не раздумывая ответил Вьер, и я на мгновение замерла, ошеломленная этой искренностью. — Они — моя семья.