Книга Дочь севера. Исцеление дракона, страница 105 – Ирина Ардо

Медленно выдохнула, пытаясь вернуть контроль, и провела ладонью выше — к его шее, к линии челюсти. Кожа там была влажной от испарины. Под пальцами чувствовалась дрожь.

— Больно? — спросила я почти шёпотом.

Он криво усмехнулся.

— Ты же знаешь, что нет.

Ложь.

Я чувствовала, как под моей ладонью судорожно сокращаются мышцы. Как дыхание то учащается, то сбивается. Его зверь метался внутри, царапая рёбра. Мне было не понять, каково это — владеть второй ипостасью, но дракон будто говорил со мной.

Странное ощущение. Вполне возможно, что я просто сошла с ума.

Я переместила руку к его сердцу.

Ингвальд резко втянул воздух.

Тепло под ладонью было почти невыносимым. Пульс бился гулко, тяжело. И вместе с ним нечто первобытное, дикое, рвущееся наружу.

— Ты дрожишь, — произнёс он хрипло.

Только сейчас я заметила, что это правда.

Мои пальцы едва заметно подрагивали. Это походило на странную заразу, захватывающую тело с бешеной скоростью. Перед глазами снова заплясали картинки с распластанными на снегу крыльями.

Я не плакала. Но дыхание стало поверхностным, слишком частым для того, чтобы продолжить рассуждать здраво.

— Я думала, ты не встанешь, — призналась неожиданно для самой себя. — Там, в снегу. Когда ты закрыл глаза.

Тишина в комнате стала плотной. По воздуху пробежали искры, как те, на корабле. Но ведь сейчас не было ни шторма, ни качки, ни высоких мачт. А ощущения были те же.

Он отпустил мою руку, чтобы через секунду притянуть меня ближе.

Всё случилось так быстро, что я потеряла равновесие и упёрлась ладонями ему в грудь.

Руки Ингвальда легли мне на спину. Неуверенно, будто он сам не до конца осознавал, что делает. Пальцы медленно сжались, притягивая ближе, как нечто важное и хрупкое. Глядя в его пожелтевшие звериные глаза, я не могла издать ни единого звука.

Мой лоб коснулся его плеча. Кожа под губами была солоноватой от пота. Я слышала, как его дыхание постепенно выравнивается.

И только тогда поняла, что сама дышу в такт ему.

— Ты нужна им, — тихо сказал он, опалив макушку своим дыханием.

— Я знаю.

— Но если ты ещё раз вот так побежишь ко мне по сугробам…

— То что? — подняла голову.

Он посмотрел на меня с прищуром, обдумывая свой ответ.

— Я лично тебя прибью.

— Не умеешь ты обращаться с женщинами, — хмыкнула я, прижавшись к нему теснее. — Они такое не любят.

Его пальцы в моих волосах сжались крепче, и, прежде чем я успела понять, что происходит, он дёрнул меня на себя.

Губы столкнулись без осторожности. Казалось, что проснулась жажда, которая слишком долго не замечалась и теперь захватила разум, стоило глазам увидеть стакан с живительной влагой.

Дыхание Ингвальда, как и моё, сбилось, обожгло кожу. Щетина царапнула подбородок.

Раньше, чем я пришла в себя, он отстранился. Резко, почти с усилием, оставив между нашими губами рваный вдох.

— Что скажешь? Так лучше?

А мне и ответить было нечего.

Казалось, комната пошатнулась, и всё, что я могла — ухватиться за мужчину, чтобы не свалиться на пол. Шторм на борту «Тени Семи Ветров» ощущался легче.

Я уже было открыла рот, чтобы сказать хоть что-то, но сбилась, услышав стук своего сердца, мечущегося в груди. Оно не могло найти себе места, подхватывая ритм другого, бившегося в теле другого человека.

— Сейчас ты можешь врезать мне, встать и уйти.