Книга Дочь севера. Исцеление дракона, страница 18 – Ирина Ардо

— Я в этом не разбираюсь.

И не хотела разбираться.

Больше всего меня волновало странное отношение к этому дракону. Первое время я сопереживала многим, но никогда не теряла контроль над собой. Могла остаться в комнате и тихо поплакать в подушку, сжавшись в комочек от страха, но чтобы на людях…

Мне очень повезло, что все были слишком увлечены редким боем между двуликими и не заметили моего состояния.

Когда мы добрались до нашего крыла, оказалось, что очередной «образец», пусть и весьма уникальный, уже ожидает своей участи.

Он лежал, связанный по рукам и ногам. Будто ошейника, сдерживающего ипостась, было недостаточно.

Лишь сейчас я начала немного вспоминать его поведение на арене. Возможно, и правильно его заковали, иначе бы точно выломал клетку. Каким образом, не знаю, но вся его поза и взгляд говорили, что этот дракон способен абсолютно на всё.

С гематомой на боку, разбитой губой и полностью обездвиженный, он по-прежнему выглядел хозяином положения. Будто не его избили меньше получаса назад и привели в одно из самых страшных мест Драгонхолда.

— Признаюсь, не разглядела, — мурлыкнула Рози. — Кетрин, детка, пойдём в операционную. А ты, моя прелесть, подготовь его.

Кто бы сомневался.

Стоило мне подумать, что лучше держаться от этого ящера как можно дальше, как главный врач решила оставить меня наедине с ним.

Бесстрастно кивнув, я дождалась, пока за моей спиной захлопнется дверь, и подошла к заготовленным инструментам и вате. Кипячёная вода уже остыла и была вполне пригодная для промывки ран. Можно было использовать обеззараживающее, но тратить его на преступника… Нет, Рози потом с меня живьём кожу снимет за перевод ценных ресурсов.

Молча опустилась на колени перед Ингвальдом и приложила смоченную ватку к разбитой губе. И вздрогнула, когда костяшка моего пальца оказалась сжата между его зубами.

Я быстро отдёрнула руку и ошалело посмотрела на мужчину, стараясь успокоить подскочившее к горлу сердце.

— Чего дёргаешься, прелесть? — хохотнул он, плотоядно облизнувшись.

По телу пробежала волна отвращения. Кажется, у меня началась аллергия на это обращение. Вот-вот всё зачешется.

Брезгливо поморщившись, я резко надавила рукой на лоб Одена и принялась вытирать рану таким образом, чтобы он даже не посмел прикоснуться ко мне ни одной частью своего тела. Однако вместо того, чтобы зашипеть от боли, дракон расхохотался.

Точно с головой не дружит.

Весь побитый, в синяках и ссадинах, а веселится…

— Я бы на твоём месте так не смеялась, — сама не знаю, зачем решила его предупредить. — Рози услышит и решит, что над тобой можно измываться больше и дольше.

— Неужели?

— Меньше выделывайся. Дольше проживёшь… Ай! — какая-то неведомая сила потянула меня вниз, заставляя припасть к губам мерзавца.

Вместо ругательств и требований отпустить из моего рта вырвалось нечленораздельное мычание.

Пока язык Ингвальда творил невообразимые вещи, зажигающие сотни очагов на моём теле, я пыталась заставить себя очнуться и не могла поверить, что всё это происходит со мной.

Вокруг всё словно замерло. Это было странное, необычное ощущение — дурманящая смесь страха и притяжения. Здравый смысл бил кулаками по образовавшемуся вокруг него стеклянному куполу, взывая хоть к каким-то действиям с моей стороны, но тело поддавалось этому безумному влечению, невзирая на его вопли.