Книга Хирург моей души. Верните мне сына, барон!, страница 20 – Ника Мур

Когда я вышла из воды и осталась одна, я подошла к большому зеркалу.

Каталинабель была совершенна. Молодая кожа, высокая грудь, изящные ключицы. Красавица, чья жизнь только начиналась. Но когда я заглянула в отражение своих глаз, я увидела там Клару. Сорокапятилетнюю женщину, которая хоронила мужа и сына в своем воображении каждую ночь в течение пяти лет. Женщину, которая прошла через электрофорез, транквилизаторы и ледяное равнодушие санитаров.

— Узнаешь ли ты меня, Прош? — прошептала я, касаясь пальцами своего отражения. — Не эту девочку с золотыми волосами. А ту, что стояла рядом с тобой у операционного стола в три часа ночи, когда у пациента наступала клиническая смерть? Увидишь ли ты меня за этим юным фасадом?

Страх сковал мне горло. Я вдруг поняла, что в этом новом мире он Генри — признанный герой, барон, человек силы. А я — жена старика, чей статус зыбок, а репутация «безумной маркизы» только начинает сменяться репутацией «ведьмы». Динамика наших отношений изменилась. Теперь я была младше него. Теперь я была той, кого нужно защищать.

Или той, кто должна стать его тайной опорой.

Я оделась в платье из плотного темно-синего бархата. Никаких лишних украшений, только фамильная брошь д’Орсе у ворота. Волосы я велела Марте уложить в строгую прическу, открывающую шею. Я хотела выглядеть не как соблазнительная девчонка, а как хозяйка этого дома.

Ночь опустилась на Эдельгард внезапно, принеся с собой холодный ветер с гор. Я не могла сидеть. Я ходила по своей комнате, считая шаги — от окна к двери, от двери к зеркалу. Психологическая подготовка — это то, чему я учила других, но сейчас моя собственная теория трещала по швам.

Внезапно воздух в комнате словно завибрировал. Мой дар, обострившийся до предела, уловил приближение мощной, тяжелой энергии. Это была не магия — это была жизненная сила человека, который привык подчинять себе обстоятельства.

Я вышла на балкон. Ветер ударил в лицо, выбивая золотистые пряди из прически. Тьма внизу казалась бесконечной, но там, на изгибе северной дороги, вспыхнули огни. Сначала один, потом три, пять. Факелы.

И тогда я услышала его.

Звук охотничьего рога прорезал тишину ночи. Он был чистым, резким и… абсолютно осознанным.

Ту-ту-ту… Ту-у-у.

Три коротких сигнала. Один длинный.

Буква «V». Victory.

Я задохнулась. Мои пальцы впились в холодный камень перил так сильно, что под ногтями запульсировала боль.

— Это он, — выдохнула я, и облачко пара сорвалось с моих губ. — Прохор…

Это не был просто сигнал прибытия. Это был ответ на моё письмо. Он узнал шифр. Он услышал мой зов через все эти горы, через пять лет тишины, через саму смерть. Этот звук был как удар дефибриллятора — мое сердце, казалось, сейчас проломит ребра.

Я видела, как всадники влетают в распахнутые ворота. Я видела черного коня и фигуру в темном плаще, которая двигалась с той самой уверенностью, которая была присуща только ему.

«Спокойно, Клара, — приказала я себе, заставляя легкие работать ровно. — Не беги. Не падай в обморок. Ты — маркиза д’Орсе. Ты должна встретить его так, чтобы никто в этом замке не заподозрил лишнего. Но так, чтобы он понял всё в первую же секунду».

Я поправила платье, коснулась волос и в последний раз посмотрела на северную звезду.

— Держи зажим, Генри, — прошептала я. — Я на месте.