Книга Дракон мой, раб мой..., страница 23 – Анастасия Астахова

Калантия наложила на мое лицо косметику. Подвела глаза и украсила веки тенями, чтобы сделать взгляд глубже. А на мои губы она нанесла помаду, цвет которой, текстура и влажный блеск, по ее словам, пробуждали в мужчинах невольные мысли о призывно раскрытом женском лоне, к которому хочется прикоснуться.

Я никогда прежде не использовала подобные средства для привлечения мужа. Ненависть и презрение в глазах Варакиса напрочь отбивали во мне охоту соблазнять его. Но сегодня я готова была использовать любые ухищрения, чтобы добиться цели.

К покоям моего супруга я пришла заблаговременно. Служанка, которая распахнула передо мной двери, в первый момент не смогла справиться с удивлением – ее глаза широко распахнулись. Еще бы! Королева Зартании Элия еще никогда сама не приходила к королю, да еще в таком зазывающем наряде. Однако она быстро взяла себя в руки:

— Я сообщу государю, что королева желает видеть его, - низко поклонилась она, впуская меня внутрь.

Я осталась ждать в гостиной. Спустя время из спальни вышел Варакис. Его взгляд мазнул по мне острым холодным лезвием.

— Оставь нас.

Приказ был адресован служанке, и та поспешила удалиться.

— Что тебе нужно, Элия?

Кажется, только сейчас он заметил перемены во мне. Оглядел с головы до ног. Внимательно, словно не упускал ни одной детали.

— Если ты надеялась соблазнить меня этим нарядом, Элия, то мне жаль, но раскрашенные полуголые рыночные талиски, на которых ты сейчас похожа, вызывают во мне только брезгливость.

Этот укол очередного унижения от моего мужа я стоически выдержала. Даже улыбнулась ему любезной улыбкой.

Талисками звали свободных женщин, которые торговали своим телом. Чаще всего их можно было встретить на рынках, где собирались торговцы, приезжающие в Зартанию. Каких только товаров не предлагали покупателям продавцы! А женское тело – тоже товар.

Варакис только что намекнул, что я сейчас похожа на торгующую своим телом талиску и вызываю в нем брезгливость. Однако почему-то множество рабынь, куда более вульгарных женщин, с которыми он развлекался на пиршествах вместе со своими воинами, не были ему противны.

Только я. Только я была ему противна. Как бы ни выглядела, что бы ни надела. В монашеской рясе или нагая, я одинаково буду вызывать у него омерзение.

— Мне жаль, что тебе не понравился этот наряд, мой муж, - с кротостью ответила я. – Это правда, я хотела быть привлекательной для тебя. Каждую ночь ты проводишь у второй жены. Ей достается так много твоего внимания, я всего лишь надеялась получить хоть толику. Мне очень одиноко, мой король.

Варакис издал раздраженный вздох.

— Хорошей жене не пристало быть эгоистичной и жадной, Элия. Ты была моей единственной женой много лет, и все мое внимание доставалось тебе. Лисандра совсем недавно стала моей женой, понятно, почему сейчас я уделяю свое внимание ей.

«Я не видела твоего внимания много лет! – мысленно кричала ему я, изо всех сил заставляя себя кротко улыбаться Варакису. – Ты совсем недавно сделал Лисандру своей женой, но у нее уже было больше ночей с тобой, чем у меня за все эти годы!»

— Мой любимый муж, - терпеливо произнесла я, - ты поставил условие: кто из твоих жен раньше родит тебе наследника, будет носить титул королевы. Но если ты не приходишь в мою спальню, я не смогу зачать от тебя.