Книга Целительница для генерала. Я его лекарство после развода, страница 119 – Екатерина Гераскина

Мой внутренний зверь ликовал, чувствуя, как напряжение окончательно покидает её дрожащее тело.

— Ты был так убедителен... — прошептала она мне в мундир. — Они были в ужасе. Ты думаешь, они больше не вернутся?

— Не в этой жизни, моя хорошая, — уверенно произнес я, поглаживая её по спине. — Они трусы. А мы теперь будем следить за каждым их шагом. Всё будет хорошо.

Я отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть в её сияющие, полные любви глаза.

Внутри меня разгоралось пламя, которое я сдерживал слишком долго.

— А теперь, — мой голос стал низким, хриплым и вибрирующим от сдерживаемой страсти, — пока на горизонте не появилось новых врагов или государственных дел... Я хочу успеть сделать тебя своей.

Её щеки залил густой румянец, но в глазах не было ни капли страха — только искреннее, обжигающее желание, которое стало ответом на мои слова.

Я не стал больше ждать. Подхватив Киру на руки так легко, словно она ничего не весила, я уже сделал первый шаг к лестнице, предвкушая, как закрою за нами дверь спальни.

Но у судьбы, а точнее, у правителя Империи, на этот день были совершенно иные планы.

Тяжелые двустворчатые двери столовой, которые совсем недавно закрылись за сбежавшими Эмералдами, снова с грохотом распахнулись.

Мой внутренний зверь мгновенно вздыбился, готовый рвать глотки, но тут же недовольно фыркнул и улегся обратно.

Магический контур дома пропустил этих двоих без единого всплеска, потому что я сам внес их ауры в список абсолютного доверия.

— Не торопимся, — властно, но с отчетливыми насмешливыми нотками возвестил Эрэйн Норвелл.

Император небрежным жестом сбросил с широких плеч темный дорожный плащ, кинул его на спинку ближайшего кресла и по-хозяйски прошел в сторону накрытого, но так и не тронутого стола.

Следом за ним, бесшумной тенью, скользнул Кейган Блэквут.

Глава тайной канцелярии лишь едва заметно усмехнулся уголком губ, оценив диспозицию: я, застывший посреди зала с Кирой на руках, и император, вальяжно устраивающийся во главе стола — на том самом месте, где еще недавно сидел я сам.

— Присаживайтесь, мои дорогие, — Эрэйн махнул рукой, указывая на свободные стулья.

Я тяжело, мученически вздохнул, понимая, что уединение откладывается на неопределенный срок.

А Кира, прижавшаяся к моей груди, вдруг... рассмеялась.

Это был тихий, невероятно светлый и искренний звук, от которого у меня потеплело на душе.

В этом смехе не было ни капли прежнего страха, только радость.

Я бережно спустил её с рук.

Стоило её ногам коснуться пола, как она тут же побежала к брату.

Эрэйн встал ей навстречу, поймал в крепкие, защищающие объятия и с бесконечной нежностью поцеловал в макушку.

Правитель огромной Империи, перед которым трепетали враги, сейчас был просто любящим старшим братом.

Он галантно отодвинул для нее стул, дождался, пока она присядет, и только потом сел сам. Я молча подошел и устроился рядом со своей женщиной, накрыв её ладонь своей.

— Я пока вас поздравлять не буду, — голос Эрэйна внезапно утратил насмешливые нотки и стал предельно серьезным. — Но это только пока.

Он сцепил пальцы в замок и посмотрел на нас тяжелым, оценивающим взглядом.

— Виола поговорила со мной. Мы всё обсудили и решили, что ждать больше нельзя. Прямо сейчас, вы отправитесь в Древний Драконий Храм. И вот если там связь между вами окончательно наладится и очистится... тогда уж я вас и поздравлю по всем правилам.