Книга Целительница для генерала. Я его лекарство после развода, страница 90 – Екатерина Гераскина

Теперь встреча с Витой казалась мне не просто странной, а намеренно навязанной кем-то свыше.

Клан Изумруда явно не собирался выпускать меня из своих скользких объятий, и их методы были такими же грязными, как и их семейные тайны.

Мой путь лежал в самый центр столицы, к роскошному особняку старшего советника главы клана Изумруд его супруге.

А когда прибыл стало ясно, что меня ждали, как дорогого гостя… И почему я не удивлен?

Особняк Эмералдов возвышался среди домов старой аристократии, сверкая надменной и даже вызывающей роскошью.

По иронии судьбы, это змеиное гнездо располагалось в том же престижном районе, где стоял и мой собственный особняк. Мы были соседями по статусу, но сейчас я чувствовал между нами непреодолимую пропасть.

Она была заполнена ложью, корыстью и той самой «истинностью», в которую я больше не верил ни на секунду.

Я смотрел на приближающиеся кованые ворота, густо украшенные изумрудными вензелями рода Эмералд.

Внутри меня дракон расправил крылья и глухо, предупреждающе зарычал. Мортимер Эмералд наверняка думал, что ведет свою игру, но он забыл одну простую вещь.

Я всю жизнь провел на войне, а там засады, диверсии и психологическое давление — это обыденность. Я не собирался играть по его правилам и подставлять спину под удар.

Перед тем как выйти из кареты, я на мгновение закрыл глаза и глубоко вздохнул.

Император утверждал, что ментального воздействия здесь больше не зарегистрировано, но я привык доверять только своим чувствам. Это была моя личная разведывательная миссия, и провалить её я не имел права.

Я начал методично и сосредоточенно выстраивать внутреннюю защиту.

В своей голове я рисовал мощный, непроницаемый щит водной стихии. Я мысленно опоясывал всё свое сознание огромной, рокочущей волной, которая должна была смыть любое стороннее внушение.

Мой дракон чувствовал мою предельную настороженность и усиливал этот барьер, делая его плотным и почти осязаемым.

Я установил для себя четкий маркер: если вдруг я почувствую беспричинную симпатию к этим людям или мое поведение резко изменится — значит, барьер пробит. Я буду максимально чутким к каждому звуку и движению воздуха в этом доме.

Вита встретила меня в холле с сияющей улыбкой. Она так искренне и пылко обрадовалась моему внезапному визиту, что на мгновение мне захотелось сорвать с неё эту маску прямо здесь.

Но я сдержался, сохраняя холодное, профессиональное спокойствие офицера.

— Лорд Харддрэй! Какое счастье, что вы приехали, — она грациозно вспорхнула ко мне, обдав приторным ароматом лилий. — Родители как раз собирались обедать. Они будут в полном восторге от личного знакомства с вами.

Я проследовал за ней в малую столовую, не расслабляя мысленных щитов ни на мгновение.

Здесь всё буквально кричало о богатстве: тяжелые бархатные портьеры, фамильное серебро, массивная антикварная мебель. В центре, под ярким светом огромной хрустальной люстры, сидели они.

Мортимер Эмералд медленно поднялся мне навстречу. Высокий, подтянутый, он двигался плавно и совершенно бесшумно, напоминая опасного хищника на охоте.

Его лицо было узким, а тонкие губы застыли в вежливой, отрепетированной полуулыбке. Но больше всего поражали глаза — холодные, светло-зеленые, лишенные всякого человеческого тепла.