Книга Призванная с Земли. Меняю судьбы. Воспитываю мужей, страница 45 – Tais Xarper

Комнаты Саргана и Шайда были закрыты. Кто бы сомневался. А вот у остальных я осмотрела все! В комнате Ардона были модели домиков на столе. Такие маленькие из кучи деталей и очень красивые. Наш домик кстати был тоже. Я в нем все окошки пересчитала. На полу в комнате ковер с узором осенних листьев. Немного книг. А вот покрывало на кровати… мммм, я даже полежала и потрогала. Такое мягкое нежное чем-то напомнило мне самого Ардона. Надо напроситься к нему в гости с «ночевкой», когда злиться перестану. Дурачок конечно, но мой.

У Лисниэля впечатлила огромная полка с книгами. Куча бутылочек, баночек, пакетиков все в каком-то ему известном порядке. Я боялась найти сушеную кожу жабы или глаз тритона на столе. Но если подобная гадость здесь и была, то высушенная и измельчённая.

Множество камушков, артефактов, непонятных штук, которые трогать я опасалась. А чтобы унять свое любопытство, завела руки за спину, сцепила в замок и только окидывала все взглядом. И запахи какие-то въедливые, лекарственные. Я расчихалась и покинула его комнату.

У рыжика комната была выверена по миллиметрам. И цель была одна — расположить как можно больше предметов по поверхности. Любая пядь и сантиметр поверхности была занята чем — то, напоминающим мусор или сувенирчиками, которые ты везешь из отпуска домой, зная, что они абсолютно не нужны. Камушки, ракушка, оружие, кинжалы, ножи, сабля, платки видно повязывать голову. Бусы, кружева… стоп вернулась взглядом к кружевам. Кажись женские трусы. Бееее. Надеюсь не ношенные. Взгляд пошел гулять дальше. Пуговицы перламутровые, шляпы, железные пуговицы. Связка ржавых шпаг на полу. Узорчатые ключи. Письмо открытое. Раз открыто значит неважно что там. Раз не убрал — читать можно. Вдруг я упала и письмо сверху на меня упало, и я после обморока лежала и читала его.

«Дорогой сын — я мысленно откашляюсь для солидности — надеюсь ты используешь шанс с призывом души и сможешь обрести жену в течении двух недель. Дольше ожидать они не намерены. Адмиралтейство как ты знаешь, не питает к тебе дружеских чувств. Берегись Гарлиса».

Карьерист значит, хмыкнула я. После письма ничего интересного мне не встретилось.

Казалось весь дом дышал скукой. Я вышла в сад. Потыкалась с нужными камушками и скоро у меня горел костер, на котором я снова пекла картофель, измазав чайник сажей вскипятила чай и приготовила пресные лепешки из продуктов в шкафу на кухне. Не пирожное, но есть можно. Рядом с другим забором я нашла горшки из глины. Есть тара — найдем что положить в нее. Положила землю и цветы что не попали на грядки. Занесла в дом цветы. В комнату Лисниэля — лекарственные три горшка, к себе розовые. В прихожую белые и лиловые цветочные шары. Потом горшки кончились.

Я перекусила лепешкой на улице. В дом идти не хотелось. Там ощущение одиночества и отчуждения были слишком яркими. Потом мысль оформилась в голове. Бросили. Остался один день, и они меня бросили. Чтобы показать, что одна я как букашка на стекле жизни. Что в одиночестве сразу отупею и с радостью исполню все что они скажут. Что на первом месте всегда будет их связь побратимов, а на последнем я и мои желания.

Вот уж нет! И плакать не буду и занятие себе найду. Была мысль написать Сеилю. «Скучаю. Дуй ко мне». Потом подумала про очередное побоище и отложила эту мысль в темный чуланчик, еще и дверь прикрыла. Не заслужили Сеиль и его побратимы новой встряски, тем более я еще не решила принимать их или нет. Да и мои нервные клеточки стоит поберечь.