Книга Осколки ангельской души, страница 51 – Людмила Черныш

Дочь верховного инквизитора стояла на ступенях трапезного зала, окруженная кольцом бледного, дрожащего огня. Она лихорадочно, срывая голос, выкрикивала боевые заклинания, ее лицо было белым, как погребальный саван, а в глазах метались искры чистого, нефильтрованного безумия. Но ее хваленый огонь больше не обжигал порождений бездны. Демоны проходили сквозь него, словно сквозь легкую утреннюю дымку, лишь презрительно скалясь.

— Помоги мне! Валериус! Где ты?! — истошно кричала она, оглядываясь назад, в пустые дверные проемы, но Валериуса там не было. Он был на другом конце площади, из последних сил удерживая разрушающийся купол над группой раненых первокурсников.

Лириэль почувствовала, как внутри нее, в самой глубине души, поднимается колоссальная волна первобытной, темной и сладкой силы. Это был голос Валлакса, вибрирующий в ее жилах, в каждой капле ее крови.

«Смотри внимательно, — шептал этот голос прямо в ее мозг, ласково и властно. — Смотри, как они охотно умирают за свои картонные иллюзии и ложных богов. Один твой жест, одно твое слово и все это мучение закончится в один миг. Просто прими свою суть. Просто приди ко мне».

— Нет! — в ярости закричала Лириэль, и из ее раскинутых рук вырвался ослепительный сноп фиолетового пламени. Этот огонь не убил защитников академии, но он мощной волной отбросил наступающих демонов назад на добрый десяток метров, создавая в кипящем месиве битвы временный, хрупкий коридор безопасности.

Адриан замер на секунду, посмотрев на нее с дикой, невообразимой смесью ужаса, ненависти и невольного, глубокого уважения.

— Ты... ты действительно можешь ими управлять? Они подчиняются тебе?

— Я могу лишь задерживать их на краткие мгновения, и это стоит мне последних крох жизни! — Лириэль физически чувствовала, как ее жизненная энергия утекает в пустоту вместе с каждым магическим импульсом. — Нам нужно прорваться к Валериусу! Немедленно! Он единственный, кто может стабилизировать общее магическое поле, если мы объединим его чистый свет и мою тень в едином плетении! Это наш единственный призрачный шанс!

Они ворвались в трапезный зал, который теперь напоминал полевой госпиталь в центре ада. Зрелище было по-настоящему душераздирающим и способным сломить самую крепкую волю. Сотни выживших адептов, израненных, покрытых копотью и кровью, сгрудились в самом центре зала под защитой колонн. Валериус, стоя на возвышении алтаря, из последних, нечеловеческих сил поддерживал тускнеющий, дрожащий купол золотистого света. Его лицо стало землисто-серым, из носа, ушей и глаз сочились тонкие струйки крови. Он отдавал каждую каплю своей магии, каждую секунду своей жизни, чтобы защитить тех немногих, кто все еще верил в него как в лидера.

Вивиан, завидев вбегающую Лириэль, взвизгнула, ее голос сорвался на крик.

— Убейте ее! Не подпускайте ее! Это она привела их сюда! Она пришла, чтобы лично закончить свою кровавую работу и преподнести наши головы своему господину!

— Заткнись, Вивиан, или я сам тебя придушу раньше демонов! — Адриан грубо, не церемонясь, оттолкнул ее в сторону, прокладывая дорогу. — Если Лириэль сейчас не вмешается, через пять минут от этого зала и от твоих драгоценных амбиций не останется даже пепла!

Лириэль, спотыкаясь о тела и обломки, бросилась к алтарю, к Валериусу. Он медленно поднял на нее свой затуманенный взгляд, и в нем она, к своему глубочайшему потрясению, увидела не ненависть и не обвинение, а бесконечную, смертельную усталость и... немую просьбу о прощении.