Книга Братство библиотекарей и драконов, страница 104 – Дж. Пеннер

Сердце Доли разрывалось от сочувствия. По Сарсону было видно, что выбор оставить должность дался ему нелегко.

— Кто занял твоё место?

— Кое-кто менее уставший, – гаргуйль прикусил губу, – но тот, кому я доверяю. Иначе я бы не смог оставить пост.

— Тогда давай больше ничего не скрывать друг от друга и двигаться дальше? – предложила Доли. – Это, конечно… Если ты останешься в Аденашире.

— Я согласен. – Сарсон улыбнулся, и его плотно сложенные за спиной крылья слегка расправились. – И да. Я планирую остаться.

— Кстати, я слышала, что один из газетчиков назвал тебя «Коал». Почему?

— Меня так зовут, – подтвердил он. – Сарсон – моё второе имя и имя моего дедушки. В семье меня всегда называли Сарсон. Но Верховного Библиотекаря все знали под именем Коал.

— Это имя мне тоже нравится. – Доли скользнула жадным взглядом по переливающимся голубым крыльям.

— Ты можешь потрогать их, – тихо сказал Сарсон. Его голос стал ниже, появилась более заметная, чем обычно, хрипотца. – Если хочешь.

У Доли перехватило дыхание. Кожа на крыльях оказалась шелковистой на ощупь, нежной, и она, не удержавшись, провела по ним пальцами, поглаживая. Сарсон вздрогнул от её прикосновения, и краем глаза Доли увидела, как кожа на его шее словно подёрнулась рябью и затвердела, обращаясь в камень, но быстро вернулась в прежнее состояние.

Он полностью раскрыл их с тихим хлопком, с каким расправляется парус, наполняемый попутным ветром. Крылья заняли всё пространство крыльца, и Доли забыла, как дышать.

Что бы там ни думала Джез, Доли считала, что иметь такой размах крыльев – это очень хорошо и даже полезно, что Сарсон и доказал минувшим вечером.

Теперь Доли была уверена: она ему правда нравилась.

Дварфийка, закусив губу, положила ладонь на его щёку, поворачивая голову Сарсона к себе. Казалось, они целую вечность смотрели друг другу в глаза.

— Никого прекраснее тебя не встречал, – прошептал Сарсон. – И я говорю не только о внешности, но и… – его пальцы зависли прямо над её ключицей, – о твоём сердце. Ты так искренне переживаешь о других, так заботишься обо всех, кто тебя окружает. Я очарован с того самого момента, как увидел тебя в лавке. – Он обвёл взглядом черты лица Доли. – Тёплая смуглая кожа, кудри, изгибы тела, даже то, какую ты носишь одежду, идеально подчёркивают не только внешнюю красоту, но и солнечный свет, который излучает твоя душа. – Его губы разошлись в широкой улыбке, обнажая клыки. – Ты меня пленила и не оставила ни шанса на побег. А я, откровенно говоря, того и не желаю.

Доли подумала, что могла бы умереть от счастья прямо здесь и сейчас. Она такие романтичные признания встречала лишь в парочке любимых книг и никогда не думала, что услышит в свой адрес.

Но своими словами Сарсон воплотил в реальность почти все её заветные мечты.

И чтобы не упустить это изумительное, искрящееся, словно звёзды, мгновение, Доли обхватила ладонями лицо Сарсона и поцеловала.

Мягкость его губ и землисто-цветочный аромат кожи кружили голову. Сарсон пылко ответил на поцелуй, заключил её в объятия и аккуратно перетащил себе на колени.

— Ты на вкус как солнечный свет в летний день, – пробормотал он между поцелуями и, по скромному мнению Доли, какими-то особенно умелыми ласками. – Именно так, как я себе и представлял.