Книга Жена северного князя, страница 136 – Адель Хайд

Через несколько дней мы доехали до той деревни, откуда были охотники, нашедшие меч. Деревня была небольшая. Въехали в деревню мы довольно рано, солнце ещё за полдень не перевалило. Люди здесь были приветливые, выходили из домов, с удивлением разглядывая нашу дружину.

Коста помог мне слезть с повозки, ехала по-барски, верхом больше не ездила, опасалась.

Пошли в дом старосты. Он сначала испугался — мол, ничего знать не знает, ведать не ведает. Но потом разговорились, и староста обещал нам дать проводника.

А вот жена его. Она долго смотрела на нас из-за угла, и когда мужчины вышли, а я попросила её помочь мне, она, чуть растягивая слова, сказала:

— Высокая княгиня, на болоте старуха живёт, она вроде хранительницы там. Потому за клюквой одни девки ходят — говорят, мужчин она не любит.

Я уже устала расстраиваться, поэтому хотела приказать ей замолчать, но женщина, видно, заметив моё изменившееся лицо, вдруг добавила:

— Да погоди ты, княженка, — сказала женщина. — Твоего-то князя, может, она и не тронула, а сберегла, ежели он раненый был.

— Как же её найти? — вздохнув, спросила я.

— В центре болота она живёт, сама оттуда не выходит, говорят, но люди носят ей подарки, прежде чем за грибами да за клюквой пойти. И она вроде как бережёт от беды.

Звучало это мистически, но я всё-таки спросила:

— Так она кто?

Жена старосты пожала плечами:

— Если ест пироги, то, наверное, человек, просто нелюдимая. И мужчин не любит.

— Так что же мне, одной идти?

— Можешь пойти и с дружиной своей. Только вот закрутит она их, и заплутают они.

В общем, выслушала я про Болотную старуху, и решила, что сказки это. А на следующий день нам дали проводника — он должен был провести нас к болоту и дальше, если понадобится.

А на прощание мне жена старосты всё-таки ещё раз сказала:

— Уж если болотная старуха ничего не знает про твоего мужа, то никто не знает. Значит, и нет его на этом свете.

«Вот откуда сказки-то берутся, — подумала я. — Живёт какая-то бабка на болоте, девки ходят за клюквой, выдумали себе, что если пирогов ей отнесут, то ничего с ними не случится.» Бред. Но бред не бред, а к походу в лес мы подготовились тщательно.

До болота наш проводник — ни дать ни взять Сусанин — нас довёл. А перед тем, как пойти через болото, мы устроили стоянку, нужно было передохнуть.

Проводник всё кланялся и говорил:

— Княгиня, дальше путь очень тяжёлый. По болоту идти нужно чётко след в след, останавливаться нельзя, идти придётся целый день.

Коста посмотрел на меня:

— Может, останешься, княженка?

— Коста, а если то, что про старуху говорили, правда, и она вас не примет, ничего не скажет.

Один из молодых дружинников улыбнулся:

— Схватим болотную старуху, скрутим да тебе принесём, княгиня, она тебе всё расскажет.

И как только он это сказал — будто холодный ветер пролетел, даже волосы растрепал. А у проводника лицо стало испуганное.

— Нет, — сказала я. — Сама пойду. Сегодня отдохнём, завтра выйдем.

Было ещё светло, почти полдень. Я отошла от стоянки — по нужде. А когда пошла обратно, то с ужасом осознала, что не знаю, куда идти. Увидела дерево приметное, вроде видела его, дуб с вершиной, будто расколотой пополам, обрадовалась, пошла туда.

Но вместо лагеря, вышла к обрыву, чуть не упала. Но я же точно помнила, что возле лагеря никакого обрыва не было.