Книга Пленница Владыки Тьмы, страница 35 – Стейси Кроу

Отомсти.

Я сжимаю переносицу, пытаясь выдавить из себя усталость. Бессонные ночи стали нормой. Но дело не в них. Дело в ней. В этой… девчонке. Мири.

Её образ встаёт перед глазами назойливо, без спроса. Не та сломленная пленница в цепях, а та, что смотрела на меня сегодня в тренировочном зале – с вызовом, с ядом на языке, с такой яростью в глазах, что воздух трещал. И с той же яростью, затаившейся под кожей, готовой вырваться наружу. Её тёмная кровь откликалась на моё присутствие, и это… прекрасно. И раздражающе.

Я привык всё контролировать. Каждое слово, каждый вздох, каждую тень в этом чертоге. А она – хаос. Непредсказуемый, дерзкий, живой. Слишком живой для моего мира, состоящего из смерти и долга.

Долга… который сейчас давит на плечи с удвоенной силой. Из-за неё. По причине моего… интереса.

Я резко встаю из-за стола, заставляя тени у ног отпрянуть. Подхожу к массивному окну, за которым бушует вечный шторм – искусственное небо, которое я создал, чтобы не видеть звёзд. Здесь, в крепости, моём чертоге, я в безопасности. Мы в безопасности.

Мы… Вейн. Астра. Орудия. Мои верные спутники в этом крестовом походе. Пока что. Мысли о них автоматически возвращают меня в прошлое.

Мне было шестнадцать. Креол, мой учитель и мучитель, лежал у моих ног, истекая кровью на каменные плиты пола. В его глазах не было удивления, лишь гордая усмешка.

— Я воспитал тебя слишком хорошо, мальчик, — прохрипел он, и кровавые пузыри выступили на его губах.

Я не чувствовал ничего. Ни боли, ни радости. Лишь ледяную пустоту. Он научил меня не чувствовать. Он был последним, кто хоть как-то связывал меня с тем миром, что был до Резни. И я убил его. Потому что он хотел сделать из меня молчаливое оружие. Но тогда я уже решил, что буду не оружием, а архитектором боли и страха, тем, кто нажимает на курок. Для светлых, что отняли у меня всё.

И тогда из теней возник он. Вейн. Немногим старше меня, весь в шрамах, с мёртвыми чёрными глазами.

— Владыка, — произнёс он без тени эмоций, глядя на тело своего предыдущего хозяина. — Тебе нужна помощь.

Он не спрашивал, не выражал соболезнований. Он просто констатировал факт. Он был продуктом того же ада, что и я. Сирота, воспитанный Креолом для службы. Его ненависть к Светлым была не эмоцией, а самой тканью его существования. Он тоже видел, как они убили его семью, и выжил лишь чудом. Он был идеальным инструментом.

— Что ты умеешь? — спросил я, вытирая окровавленный клинок о плащ Креола.

— Всё, что прикажешь. Убивать. Считать. Управлять.

И он не солгал. Именно Вейн принёс мне тогда старый ларец Креола. В нем не было золота. В нем были документы. Акции. Деловые контракты. Десятки подставных фирм и имён, опутанных такой паутиной, что даже Инквизиция Света не могла докопаться до истины.

Это было наследство. Не только месть, но и инструмент для её осуществления. Креол, при всей своей жестокости, был гениальным стратегом. Он понимал, что против системы Светлых не выстоять одной грубой силой. Нужно бить их же оружием. Деньгами. Влиянием. Информацией.

Именно он создал компанию «Солнечный Сплав» – якобы передового производителя магических предметов быта для Светлых. Ирония судьбы: те, кто уничтожил нас, сами финансируют наше возрождение, покупая сферы-светильники, коммуникаторы и стабилизаторы магии, произведённые на наших же фабриках. Их золото льётся в нашу казну, их общество зависит от наших технологий. Это – идеальная маскировка.