Книга Единственная, кого не выбрали, страница 133 – Стейси Кроу

— Ты моя, — шептал он. — Моя. Навсегда.

— Твоя, — отвечала я между вздохами. — Навсегда.

Волна нарастала внутри меня, поднимаясь все выше, закручиваясь в тугую спираль. Я не знала, что это такое, но тело само знало путь. Я вцепилась в его плечи, выгибаясь навстречу.

— Каэл… я… что-то происходит…

— Позволь этому случиться, — прошептал он, ускоряя движения. — Не бойся. Я с тобой.

И мир взорвался.

Я закричала от чистого, ослепительного удовольствия, разрывающего меня на части и собирающего заново. Он последовал за мной, сжимая меня в объятиях так крепко, будто боялся, что я исчезну.

Мы лежали, тяжело дыша, переплетенные, мокрые от пота, счастливые до безумия.

— Я люблю тебя, Эллис, — прошептал он, уткнувшись носом в мои волосы. — Больше жизни. Больше всего на свете.

— Я люблю тебя, Каэл, — ответила я, прижимаясь к нему. — Ты — моя жизнь. Мой воздух. Мое все.

Он поцеловал меня в висок.

— А теперь спи, моя королева, — сказал он. — Завтра у нас начинается новая жизнь.

— Новая жизнь, — повторила я, засыпая в его объятиях. — Самая лучшая.

За окнами сиял Лоск. А в моем сердце цвела вечность.

*Десять лет спустя*

Они правили вместе.

Это не было пустой фразой, которую любят вписывать в летописи, чтобы подсластить пилюлю единоличной власти. Это было правдой. С самого первого дня после коронации Каэл и Эллис делили трон поровну.

Он наследный принц, ставший королем по праву крови. Она поломойка, ставшая королевой по праву любви.

И никто не смел возразить.

Потому что те, кто видел их вместе, понимали: это не просто союз. Это две половины одного целого, нашедшие друг друга вопреки всем законам этого мира.

Каэл Справедливый.

Так его прозвали в народе.

После свадьбы в нём словно что-то переломилось. Жестокость, которая раньше была его второй натурой, ушла, растворилась в любви к этой хрупкой женщине с карими глазами. Он стал судить иначе. Не по букве закона, а по совести. Не из выгоды, а из милосердия.

— Раньше я думал, что сила — в страхе, — признался он однажды Эллис. — А теперь понимаю: сила — в доверии. В том, что люди идут за тобой не потому, что боятся, а потому, что верят.

Эллис сидела у него на коленях в королевском саду и гладила возлюбленного по щеке.

— Ты всегда был сильным, — сказала она. — Просто раньше ты не знал, зачем тебе эта сила. А теперь знаешь.

— Теперь знаю, — согласился он, целуя ее в висок. — Чтобы защищать тебя. И наш мир.

Вода Каэла больше не была холодной.

Магия его, всегда подвластная стихии, вдруг обрела новое качество. Говорили, что это любовь растопила лед в его сердце, и вода откликнулась — стала теплой, живой, плодородной.

Он оросил ею земли Лоска.

И Лоск расцвел.

Поля, вечно страдавшие от засухи, зазеленели пышнее прежнего. Сады, едва выживавшие в знойное лето, давали такие урожаи, что жители не успевали собирать плоды. Виноградники, о которых раньше только мечтали, теперь покрывали южные склоны холмов.

— Это магия королевы, — говорили в народе. — Это она принесла благодать.

Эллис только улыбалась, слыша эти разговоры. Она знала правду. Это был он. Его любовь, его сила, его желание сделать ее мир лучше.

Но пусть думают, что хотят. Главное, что Лоск процветал.

А король Вильгельм и королева Мария наконец-то вздохнули свободно.