Книга Отвергнутая истинная и прочие неприятности для дракона, страница 77 – Ева Енисеева

Я снова ободрала колени, руки, живот и плюхнулась на каменный пол.

Что же это за страсть такая собирать все пещеры округи, Мира? — усмехнулась я сама себе.

Пещера встретила нас гулом. Она была огромной — не просто пещера, а что-то вроде естественного амфитеатра в недрах скалы. Потолка не было видно, где-то капала вода, сквозняк гонял пыль, но всё равно в воздухе стоял запах золы. Кажется, здесь частенько дышали огнём.

— Бешенный драконоид, — пробормотала я чуть не плача, отряхая поцарапанные ладони..

Я встала, отряхнулась.

— Ты чуть не убил меня этим полётом!

Драконоид развернулся. Глаза, как два тлеющих угля. И ни капли извинения во взгляде.

— Ты хотела узнать правду, человечка. Теперь слушай.

Я сглотнула. Гримуар в мешке ныл, как если бы у него был пульс.

Дракон подошёл ближе, пыхнул горячим дымом из ноздрей. Я закашлялась, но тут же взяла себя в руки.

Хотела Мира ответов, так имей смелость задавать вопросы.

Передо мной была огромная морда драконоида. Я ему на один зубок. Ну может на два.

— Почему вы напали на деревни? — прошептала я. — Что вы ищете?

Он медлил, но потом произнёс:

— Мы искали наше. Утерянное. Украденное. То, что ЗАПРЕЩЕНО КРАСТЬ!..

Он взревел, и я кинулась прочь, а драконоид всё-таки выпустил пламя. Правда не на меня, а в сторону, но менее страшно от этого не стало!

Я снова упала и спряталась за камнем, откашлявшись и с удивлением вперившись в свои руки. Там где только что были царапины теперь была только грязь. Оглядела колени — ран нет.

— Мы искали сердца пламени, — уже более спокойно произнёс драконоид.

— Что?..

— Яйца, человечка. Наш молодняк! Их украли…

Внутри меня что-то сжалось.

Да они своё потомство ищут…

Своих… детей.

Я выглянула из-за своего камня.

— И причём здесь деревни?

Драконоид замер, потом сделал шаг ближе. От жара, наполнившего пещеру, покалывало кожу. И всё же я не отступила.

— Потому что их запах появляется то тут, то там! Эти маги нас драконят! Водят за нос, показывают яйцо, а когда мы прилетаем, его уже нет!

Я нахмурилась.

— Маг-портальщик?

— Причём сильный, я не успеваю отследить, куда он их прячет! И каждый раз новое место!..

В его мыслях было столько ярости, столько злости и… боли!..

— Я помогу, — сказала, снова высунувшись из-за камня, но в меня полетела струя пламени.

Психованный драконоид!..

Камень, за которым я пряталась, нагрелся и больно обжёг спину.

— Магов-портальщиков должно быть не так много! Я постараюсь помочь, прекрати!

— Ты одна из них, одна из этих мерзких…

Дальше я уже ничего не разобрала, потому что его мысли наполнились такой яростью, что разобрать что-либо было невозможно.

— Прекрати! — слёзы уже потекли по щекам.

Ну что же он не понимает, я же хочу помочь!..

— Я вернусь к людям, мы найдём тех, кто украл яйца, — сказала я, когда драконоид затих.

— Я знал одну Волхору, — устало сказал он.

Я молчала, боясь рассердить его ещё больше.

— Давным-давно. Раньше шепчущие учились у нас контролировать свою силу.

Он замолчал. Его взгляд стал тяжелее, будто он провалился в собственные воспоминания.

— И почему перестали?

— Потому что думали, что умнее драконов! — он пыхнул дымом.

Я притихла, боясь пошевелиться.

— Ты слишком горяч, Арг'тар, — раздался другой голос в моей голове.

Драконица подошла из темноты пещеры. Чешуя её отливала серебром и красноватым янтарём, глаза светились, как рассвет над вулканами. И в них не было ярости — только боль.