Книга Светлый(ая) в академи тёмных, страница 19 – Елена Дриим

Она послушно отлипла от шеи принца и словно кошка двинулась в мою сторону. И не знаю, что мне было противнее: то что тёмный буквально приказал девушке отдаться другому или то что девушка послушно начала выполнять поручение. А как же женская гордость?

— Доедать чужие объедки не по мне, – произнесла, уворачиваясь от губ девушки.

Где эти губы только не побывали, поэтому не стоит их тянуть ко мне, милочка. От всего этого аморального праздника мне хотелось искупаться в дезинфекторе. А лучше в отбеливателе или серной кислоте.

Быстро поднялась и буквально пулей забежала в свою комнату, закрывая дверь на ключ. В след мне раздался издевательский хохот. С самого утра пойду к комендантше просить, чтобы меня переселили. А если она не переселит, то к декану пойду. Здесь я точно не смогу находиться. Ещё одно такое отвратительное зрелище, и я сама в окно выйду, только бы не видеть всего этого.

Вечеринка тёмных извращенцев продолжалась до самого рассвета, поэтому поспать мне больше не удалось. Я достала из своего рюкзака пачку купюр и только часы показали семь утра, вышла из своей комнаты. В гостиной был полный бардак: пустые бутылки, окурки, разбросанная одежда. А ещё здесь, прямо на полу, спали несколько девушек. Ну, это я так понадеялась, что спали, а не умерли. Перескакивая через весь этот ужас, выбежала в коридор. А там, преодолев несколько лестничных пролётов, оказалась у комнаты Глэдис.

Тук-тук-тук.

В ответ тишина. Я уже занесла руку, чтобы повторить манипуляцию, как услышала громкое топанье за дверью. Через секунду я уже смогла лицезреть женщину во всей её утренней красе. Бигуди на голове, а лицо измазано какой-то зелёной жижей, от которой как-то странно пахло. Одета комендантша была в коротенький пеньюарчик, который в каждую секунду был готов разойтись по швам от натяжения её тела.

— Чего тебе? – грубо поинтересовалась.

— Я по важному делу.

— Рабочий день ещё не начался.

И женщина уже собиралась захлопнуть дверь. Ну уж, нет. Подставила ногу на пути двери. Затем достала одну купюру и протянула тётеньке:

— А так?

Она грубо выхватила купюру из моей руки, а затем недовольно произнесла:

— Говори что нужно.

— Переселите меня в другую комнату, – и сразу протянула ещё три купюры.

Женщина их схватила, а затем произнесла:

— Мест нет.

Ну, ладно. Протянула ещё несколько купюр. Их она тоже приняла, но опять произнесла ту же фразу. И данная манипуляция повторилась ещё несколько раз, пока женщина не сказала:

— Слушай, блаженный, у меня правда мест нет, чтобы тебя в другую комнату определить.

— Тогда поменяйте меня с кем-нибудь местами, – предложила другой вариант.

— Парень, в ту комнату без особых распоряжений никого селить не велено. Туда попадают только привилегированные особы, как принцы и сыновья советников императора.

Ясно, уже все в курсе, кто такой Вильям Нирнаэт. Но я в любом случае не могу остаться в комнате с теми придурками.

— Но…, – попыталась возразить, но меня грубо перебили:

— Иди отсюда, – и перед моим носом захлопнулась дверь.

Твою ж. И что теперь делать? От злости пнула ногой стену. Зря, стене всё равно, а мне очень больно. Отлично, лоб мне разбили, а с ногой я самостоятельно справилась. И так хромая, я вышла в холл академии, который находился между корпусами.