Книга Небесная танцовщица. Книга четвёртая, страница 13 – Ната Лакомка

— Этот натх ты подарил мне после нашей свадьбы, - сказала она, когда смогла говорить. – Тогда тебя звали Танду, и ты был нагом царской крови в Патале. А я была твоей женой. Я – небесная танцовщица, апсара, и меня зовут Анджали.

Пока она, сбиваясь и перескакивая с одного события на другое, забегая вперёд, а потом опять возвращаясь к предыдущему, путано рассказывала о зеркальном дворце в подземных пещерах горы Кайлас, о Майя Данаве, о пятидесяти годах, прожитых вместе, и о том, как однажды это всё оборвалось, Танду невозмутимо натирал тело женщины мазью.

Он не перебивал, не спрашивал, просто слушал.

Анджали рассказывала и рассказывала, и всё, что она пережила сто лет назад, пятьдесят лет назад – всё это оживало. Словно наяву она видела дворец, полный огней, тёмную воду подземного озера перед ним, и своего любимого, у которого тогда были две пары рук и пучок кобр за спиной, в придачу.

Теперь он был человеком. Простым человеческим мужчиной, которых в небесных городах презирали ещё больше, чем нагов, но для Анджали это уже не имело значения. Какой глупой, какой ограниченной она была, когда думала, что чем выше рождение, тем лучше рождённое существо! И тот Танду был бы рад узнать, что она, наконец-то, поняла, о чём он втолковывал в её красивую и пустую голову, когда говорил, что добровольно отказался от своего брахманского имени, и когда водил в деревню на человеческий праздник.

Этот Танду слушал молча, и она никак не могла понять, верит он ей или нет.

Она говорила и говорила, пока он смазывал её искусанные бёдра, колени, голени, и когда закончил, то просто сидел рядом, внимательно слушая.

Наконец, рассказано было всё. Или – почти всё. Потому что признаться, что все эти годы она была игрушкой для царя богов, Анджали не смогла.

Как странно всё меняется в жизни…

Когда-то она мечтала лишь о том, чтобы попасть на ложе Шакры. Считала это высшей наградой в жизни, поводом для гордости, единственной целью. А теперь стыдилась признаться, что была там.

После того, как она замолчала, Танду какое-то время тоже молчал, задумчиво глядя на неё, а потом спросил:

— Получается, в прошлой жизни я был нагом, ты была моей женой, боги спустились в Паталу и казнили меня… За что? Что я сделал такого, чем разгневал богов?

— Ты раскрыл мне тайну танца, что повелевает миром.

— Ого! Так я ещё и танцевал? Никчёмное я был создание… – губы его изогнулись в лёгкой улыбке, а глаза смеялись.

Но Анджали было совсем не смешно. Тот Танду любил танец. Он чувствовал его. Жил им. Этот… этот Танду смеётся?

— Настоящие мужчины не танцуют, – пояснил он, угадав её мысли. – Танцы – удел красивых женщин. Те мужчины, которые танцуют, недостойны уважения.

— Но бог, которому ты служишь, тоже танцует, – сказала Анджали, указав на его ожерелье. – Ты поклоняешься великому Гириши, а он – первый танцор в этом мире. И никто не назовёт его недостойным уважения.

— То, что могут позволить себе боги, – ответил Танду, – не позволительно для людей. Так что меня казнили заслуженно.

— Нет!.. – воскликнула Анджали.

— Как – нет? – он пристально взглянул на неё. – Есть закон кармы, и все живые существа обязаны его соблюдать. Брахман учит и молится, кшатрий восстанавливает справедливость с оружием в руках, а вайшья возделывает землю, чтобы прокормить всех. Никто не может посягнуть на божественные знания, кроме богов. В моём случае они поступили по закону и справедливости. Но как получилось, что выжила ты? Ведь ты говоришь, что я успел обучить тебя?