Книга Небесная танцовщица. Книга четвёртая, страница 35 – Ната Лакомка

Смысл этих слов не сразу достиг сознания.

Но теперь Анджали уже по своей воле посмотрела царю богов в лицо.

Он был доволен. Очень доволен. Кажется… он был даже счастлив.

— Зачем вы это делаете, господин? – с трудом произнесла Анджали.

— За те тысячи лет, что я живу, – ответил он, – любовь женщин всегда радовала меня. Но и любовь приедается. Все они хотят меня, строят друг другу козни, чтобы быть рядом со мной. Они ненавидят соперниц. А теперь есть та, что ненавидит меня. И это чудесно. Мне нравится, когда ты меня ненавидишь. Знаешь, после того, как используешь женщину несколько раз, бывать в ней уже неинтересно. Болтаешься там, как в бескрайнем озере. Другое дело, когда женщина тебя ненавидит. Тогда у неё там не озеро, а узкий родник. Ты так сжимаешь меня, что от этого вдвойне приятнее. Это слаще, чем быть с девственницей. И я намерен наслаждаться тобой ещё очень и очень долго, Шакрани. Готовься к этому. Я не говорю – смирись. Потому что ты ведь не умеешь смиряться. Твоё прежнее имя было дано тебе, как в насмешку. Анджали. Какая ты Анджали? В тебе покорности – как во мне слабости. Ты была создана для меня. Для моего наслаждения. Вот твоя главная дхарма в этой жизни. А может и в последующих.

И зала амокши Шакра вывел Анджали, крепко держа её за руку повыше локтя, хотя убегать Анджали не собиралась.

Куда убегать с огромной базальтовой горы, куда добраться можно лишь на вимане?

В коридоре царя и его наложницу ждали гандхарвы. Четверо стражников из личной охраны Шакры и Коилхарна.

— Куда вы желаете отправиться, господин? – спросил один из стражников, пока Коилхарна при помощи ключа-пластинки запирал вход в пещеру с приговорёнными.

— В Брахмалоку, – ответил Шакра.

— Госпожа Шакрани тоже полетит? – осторожно произнёс охранник. – На неё не выдавали пропуска…

Коилхарна закончил возиться с замком и оглянулся, окинув Анджали быстрым, жадным взглядом.

Она по-прежнему была голой, никто не предложил ей даже клочка ткани, чтобы прикрыться. По внутренней стороне бёдер противно стрекали тёплые липкие капли. Анджали свела колени, поворачиваясь к мужчинам боком.

Когда-нибудь это закончится…

Когда-нибудь…

Просто подойти к краю скалы и прыгнуть.

Анджали очень живо представила, как она падает с неимоверной высоты на чёрные камни. Мгновенная боль, темнота, забвение, а потом путь к новому перерождению. Чтобы не помнить ничего, что произошло. Чтобы забыть всё, начать жизнь сначала.

Нет. Это никогда не закончится. Потому что чудовище в божественном обличии найдёт её и снова заставит пережить унижение, позорную боль и ужас. И Танду навечно запечатан в безвременье.

Как может мир быть так несправедлив? Почему лучшие наказаны, а настоящие преступники получают всё, что пожелают.

— Мы с вами отправимся на малой вимане, – ответил Шакра стражникам, – а мою Шакрани я отправлю на моей колеснице в Амравати. Идите, подготовьтесь к полёту.

Гандхарвы-охранники поклонились и ушли, а Шакра поманил к себе Коилхарну. Тот подошёл, почтительно склонив голову. В приглушённом магическом свете кожа царя богов светилась молочной белизной, а гандхарв казался статуей, отлитой из тёмной бронзы.

— Как тебя зовут? – благожелательно спросил Шакра.

— Колхарна, господин.

— Я помню тебя, – так же благожелательно произнёс царь. – Ты ведь сначала служил в Тринаке? Присматривал за моей виманой, которая сломана? А потом Читрасена забрал тебя в Амравати?