Книга Черная вдова с двумя детьми желает познакомиться!, страница 17 – Наталья Смеречинская

Мальчик окончательно смутился, отвернулся, словно надеялся, что я не услышу его тихий ответ:

— Я не голоден, мадам.

Всё внутри меня сжалось. Сделать правильные выводы для меня было делом одной минуты. После прочитанного в дневнике я кажется была экспертом по внутрисемейным делам Кларенсов.

Отложив вилку, я решительно отодвинула миску на другую сторону стола.

— Теренс, — начала я твёрдо, но без резкости, — садись и ешь.

Он обернулся ко мне, в глазах застыло что-то вроде жалобного непонимания.

— Но… разве вам не понравился завтрак? — спросил он с таким отчаянием, что мне стало больно за него.

Я не выдержала. Поднявшись, подошла к нему, присела на корточки, чтобы не смотреть сверху вниз. Его большие глаза, полные тревоги, встретили мой взгляд. Я осторожно взяла его маленькую тёплую ручку, уже успевшую покрыться первыми мозолями.

— Теренс, — мягко сказала я, глядя прямо в его смущённое лицо. — Мне очень понравился завтрак. Ты замечательно готовишь. Но… Взрослые должны заботиться о детях, а не наоборот.

Он смотрел на меня, явно не понимая, о чём я говорю.

— И пока я здесь, я позабочусь о том, чтобы у вас с Мадлен было всё необходимое. Это моё обещание.

Я знала, что эти слова не изменят его жизни мгновенно, но для меня это было важно — донести до него, что теперь он не один. Поддавшись порыву, я протянула руку и осторожно погладила его по голове. Его светлые волосы оказались мягкими на ощупь, но сам мальчик застыл, словно статуя, не двигаясь ни на миллиметр.

Сердце моё сжалось в который раз. Этот ребёнок явно не знал, что такое ласка. Даже простое прикосновение оказалось для него чем-то невероятным.

— Всё хорошо, — тихо добавила я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально успокаивающе.

Теренс наконец медленно кивнул, но в его глазах мелькнула неприкрытая растерянность. Он не знал, как реагировать. Я мягко отпустила его руку и улыбнулась.

— А теперь садись и ешь, — сказала я, поднявшись.

Он повиновался, но его движения были неуверенными, будто он всё ещё пытался осознать, что произошло. Сев за стол, он робко взял вилку, бросая на меня осторожные взгляды.

Я присела, сдерживая нахлынувшие эмоции. Этот мальчик заслуживал гораздо большего, чем то, что ему довелось пережить. И я собиралась сделать всё, чтобы он это получил.

Внимательно посмотрев, как Теренс ковырял вилкой в своей тарелке, едва касаясь еды, я всё больше ощущала нарастающее беспокойство. Не то чтобы я сама привыкла к роскоши или изобилию, но интуиция подсказывала, что ситуация хуже, чем кажется.

— Теренс, — тихо спросила я, повинуясь внутреннему наитию. — У нас ещё что-нибудь есть из еды?

Мальчик замер, потом поднял голову, глядя на меня исподлобья. Его щеки залились румянцем, а взгляд побежал куда-то в сторону.

— Нет, мадам, — пробормотал он едва слышно.

— То есть… — я сделала паузу, чтобы собраться с мыслями. — Это были последние яйца?

Теренс кивнул, опустив голову ещё ниже.

— Ясно, — протянула я, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжимается. — А откуда они вообще?

Он снова замялся, стиснул вилку в руке, словно пытался удержаться от побега, и наконец ответил, не поднимая головы:

— Я их… одолжил.

Я подняла бровь, но постаралась сохранить спокойствие.

— Одолжил? У соседей?

Он кивнул ещё раз, лицо его покраснело до ушей.