Книга Черная вдова с двумя детьми желает познакомиться!, страница 40 – Наталья Смеречинская

Я взяла воду и сделала несколько глотков, чувствуя, как горячий стыд постепенно сменяется лёгким облегчением. Теперь, когда он был так близко, я замечала в нём всё больше деталей: мягкие черты лица, тонкие пальцы, которые по-прежнему, казалось, случайно касались моей руки.

И с каждой секундой я чувствовала, как его присутствие становилось всё более… завораживающим.

Почти осязаемым, как тепло от огня, к которому невозможно не тянуться.

"Вот это да!" — присвистнула я мысленно — " Похоже эта магия очень сильная вещь".

Не поймите меня неправильно. Я уже взрослая девочка, побывавшая замужем, но такого я еще не испытывала никогда в своей жизни.

Каждое его движение, каждое слово, сказанное низким, уверенным голосом, заставляло моё сердце биться быстрее. Я смотрела на него украдкой, боясь, что он раньше времени заметит, как странно на меня влияет и сорвется с крючка.

— Если вы закончили, давайте выйдем, — сказал он, поднимаясь. Его рука легла на мою, помогая встать. Это прикосновение было ненавязчивым, но я чувствовала в нём скрытую дрожь. Похоже не одну меня накрыло за что отдельное спасибо дару.

Больше ни о каких моральных принципах и внутренних терзаниях речи не шло.

Хотелось просто запустить ручки в эту пышную шевелюру и впиться поцелуем в слегка припухлые губы, подчеркнутые аккуратными усиками.

Боже, я же никогда не любила усатых, а тут.... Как же он аппетитно выглядит! Глаз не отвести!

Судя по всему, мой будущий супруг думал так же, но выглядел пока по джентельменски и не проявлял в открытую своих намерений.

Мы вышли из банка, и он слегка кивнул в сторону кареты, стоявшей на площади неподалёку. Чёрный лак блестел на солнце, а упряжь лошадей была так тщательно начищена, что её можно было принять за украшение. Лакей в ливрее склонился, открывая перед нами дверь.

— Прошу, — произнёс он, жестом приглашая меня внутрь.

— Это действительно не обязательно, — попробовала возразить я, еще пытаясь набивать себе цену, но ставя одну ногу на подножку кареты.

— Настоящий джентльмен никогда не оставит даму в беде, — с лёгкой улыбкой возразил он. — К тому же, я пообещал, что вам ничего не угрожает. Не заставляйте меня чувствовать себя виноватым.

Мы сели не переставая улыбаться друг другу во весь рот.

Лакей ловко закрыл за мной дверцу, и карета мягко тронулась с места. Внутри было прохладно и уютно. Мягкие бархатные сиденья и запах дерева создавали атмосферу спокойствия, но этот мужчина, сидящий напротив, будто был эпицентром напряжения.

— Вы так и не сказали, как мне к вам обращаться, — неожиданно произнёс он, его голос нарушил тишину. Глубокий, с лёгкой хрипотцой, он прокатился по пространству кареты.

Ммм, ммм.... Для тебя, милый, я буду хоть Анжелой, хоть Наташ... Боже!!!! Что творится в моей голове?

Тряхнув той самой неадекватной головой, я заставила себя ответить спокойно.

— Яс..., — начала и тут же захлопнула рот. Яся! Соберись! Как ты можешь быть такой неосторожной? — Элеонора. Элеонора Кларенс.

Не столько представилась ему, сколько напомнила себе.

— Элеонора… — повторил он, словно пробуя имя на вкус. — Красивое имя. Очень. Как и вы...

Его губы тронула сладкая улыбка, а я отвела взгляд, чувствуя, как щеки начинают гореть. Не от стыда, к сожалению, нет, а от совсем другого чувства.