Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 204 – Александра Воронцова

— Да что ты говоришь? — зашипела я. — Уверен, что хорошо знаешь свою матушку? Ты либо врешь мне, либо заблуждаешься сам! Леди Ренци заявилась в наш дом, она угрожала моей семье, ты бы слышал, что она обещала сделать. И, о да, я уверена, что у нее слова не разошлись бы с делом!

— Что ты несешь? Моя мать никогда не стала бы приходить в дом того, кого считают преступником!

— Значит, я вру, да? Убирайся! Ваша семейка — трупоеды, падальщики. Вы до сих пор выкручиваете нам руки в надежде отобрать поместье…

— Что ты несешь? Зачем нам ваш клочок земли…

— Не такой уж и клочок, — я судорожно собирала записки и засовывала их в коробку. — Уходи. Видеть тебя не желаю. И тебе нечего делать в покоях той, кого считают дочерью преступника. К тому же, я ведь лгу… Убирайся в свое осиное гнездо… — мой голос дрожал.

— Да постой ты! — Ренци перехватил мои руки. — У меня есть сомнения, что все письма написала моя мать.

— Как удобно, — дернулась я, но Дориэн не выпустил. — Какая разница? Там нет писем с заверениями в вечной дружбе. Они все отвратительно гадкие!

— Но все с угрозами, — рявкнул он. — Сама посмотри! Ну? Доставай!

Поджав губы, я вновь вынула записки.

— Видишь, последние три отличаются.

— Не вижу, — буркнула я.

— А я вижу. Вот эти две буквы «э» и «ж». В письмах, где я уверен в том, что почерк мамин, они выглядят по-другому. Моя мама — мастер каллиграфии. У нее на этом пунктик. А здесь, — Ренци пододвинул мне последние три бумажки, — как будто старались перерисовать, но вышло неуверенно.

— И что ты хочешь этим сказать? — я не спешила верить в невиновность леди Ренци. — Что кто-то подставлял твою мать тоже? Зачем бы это могло понадобиться? К тому же, содержание последних явно не выбивается из контекста. Иначе мой отец просто не понял бы, о чем идет речь. Разве нет? Разве есть смысл ставить условия, которые заведомо непонятны получателю?

— Вот и я не понимаю, — сморщился Дориэн.

— Знаешь, что, — я нацелила на него палец, — мне кажется, что ты просто выгораживаешь свою мать. Ты и сам прекрасно знаешь, что она не подарок. Напомнить тебе твои же слова о ней? И твоя гипотеза о подделанном почерке не выдерживает критики. Это просто бессмысленно. Зато становится понятно, почему эти документы не оказались у дознавателей. Кто же станет бросать тень на семью Ренци?

— Высказалась? — насупился Дориэн.

— Да! — с вызовом ответила я.

— Полегчало?

— Не очень.

— А теперь давай подумаем, как оказался мой семейный артефакт у твоего отца. Может, мама хотела вернуть его? А кто-то воспользовался этим, переврав послание, чтобы получить желаемое, прикрываясь чужим именем?

На первый взгляд объяснение подходило, но только на первый взгляд.

— Тогда что такого было у моего отца, что могло понадобиться этому фальшивому Р. Дж.? Не ваш же семейный артефакт? Да он вообще никому кроме вас не нужен!

— А что еще у тебя есть? Может, речь об осколке?

Мы разглядывали осколок.

— Никакой особенной магической ауры, — подвела я итог детального осмотра. — Бесполезный обломок. А ты говорил, что все составные части отвечают за что-то конкретное.

Почему-то мне было неприятно держать его в руках, хотя ничего отталкивающего в нем не было. На первый взгляд, его действительно можно было перепутать со сломанной заколкой для волос. Чтобы догадаться, что это такое на самом деле, нужно было приложить фантазию.