Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 223 – Александра Воронцова

Я немного потеряла нить, но Дориэн хмурился так, будто прекрасно понимал, за что его отчитывает Натори.

— Мы были осторожны…

— Они были осторожны! — театральным жестом ректор воздел руки к потолку. — Вы в курсе, что когда вы вместе, то постоянно глушите маячок, который установил на вас Фаджио? Он просто не просматривается стандартной сеткой! И если бы Русполли еще и вам животы распорол, мы могли бы узнать об этом весьма нескоро!

— В отличие от Кантоцци у нас защита на месте, — упрямо не желал пизнавать своих ошибок Дориэн.

— И что? Она вам жмет? Мы до сих пор не знаем, как Русполли снимал щиты подчистую. Это во-первых, — завел ректор знакомую шарманку. — Во-вторых…

Я поспешила остановить лорда Натори:

— Вообще-то, мы просто хотели уточнить у Велии, какая руна была найдена возле нее…

— Несомненно, адептка Сарсони обрадовалась вам, как родным, — фыркнул ректор. — Другого способа получить эту информацию у вас, конечно же, не было! И не надо смотреть на меня такими глазами, адептка Чаргетто. У меня иммунитет! И я точно знаю, что Джемма делится с вами тем, чем не должна. Что вы там надумали? Выкладывайте!

Мы с Ренци переглянулись.

Я облизнула губы.

— Лорд Натори, мы приблизительно установили последовательность событий, связанных с нападением, и сомнений в том, что исполнителем, внушавшим ментальную программу, был именно Русполли нет. Он действовал под моей личиной, закрепляя в памяти мой образ, так что даже если бы лорд Фаджио провел бы вмешательство в память, там он увидел бы меня. Иллюзион ведь — раздел ментальной магии, полагаю, что даже при отсутствии особенных талантов в этой сфере, освоить нужные заклинания Русполли все же мог. Только вот у меня не сходится…

— Что именно, адептка Чаргетто? — поинтересовался лорд-ректор, до этого внимавший моему рассказу, одобрительно кивая, будто я сдавала ему экзамен.

— Его предложение о помолвке. Вы же сами утверждали, что будет восьмая жертва, на которую и указывает послание из семи рун, пять из которых мы уже получили. И вы же с лордом Фаджио указали на предполагаемого кандидата — меня. Если меня приговорили, то с чего бы Русполли морока с помолвкой?

— А кто сказал, что преступник собирался отнять именно жизнь? Мы пока понятия не имеем о его целях, — отозвался Натори.

А вот здесь ректор лукавил. Что-то они с Фаджио подозревали, раз собрались подготовить приманку.

Ренци, который все это время слушал наш разговор, не встревая, что было на него совершенно непохоже, задал логичный вопрос:

— И что вы собираетесь с этим делать? Пока вы на два шага позади Русполли и его сообщника.

— Рано тебе еще меня учить, — усмехнулся лорд Натори. — Мы не просто так оставили всего одного дознавателя. Не просто так, выведя из-под стазиса Русполли, оставили ему лазейку для побега. Главный императорский дознаватель не зря ест свой хлеб, адепт Ренци. Единственное, что мы не предусмотрели, это нападение на Кантоции, но я предполагаю, что это ваше появление спровоцировало его. Если вы, как говорите, заглянули к Велии и обсуждали с ней детали дела, то Русполли прекрасно мог вас подслушать таким же способом, каким вы собирались в свое время подслушать допрос Ортии. Слуховые окошки, дорогие адепты. Вам еще самим учиться и учиться.

— Но зачем ему нападать на Кантоцци, — не поняла я. — Он ведь его даже опознать бы не смог!