Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 241 – Александра Воронцова

— Ну почему? — почти завыла я от отчаяния. Если он на каждом этапе будет ставить мне палки в колеса, поиск решения затянется!

— Я против, меня все устраивает, я ничего не собираюсь разрывать, — твердо сказал Ренци.

— Тогда я достану сама! — топнула я ногой.

— Ну попробуй, — усмехнулся Дориэн, указывая взглядом на самую верхнюю полку, и демонстративно точечным «Фениксом» спалил стремянку, на которую я нацелилась.

— Ты эгоист! — зашипела я.

— Точно, — с самым самодовольным видом Ренци уперся рукой в стеллаж над моей головой, а пальцами другой погладил пуговицы на моем вороте. — Но...

— Что?

— Я достану книгу, если ты меня поцелуешь. Сама…

— Вот ещё!

Но Дориэн еще не закончил:

— … или признаешь вслух, что я тебе нравлюсь, и ты меня ревнуешь.

Я сверлила красивое лицо гада злым взглядом, но как обычно, его это не пронимало.

Признаваться в том, что я неравнодушна к Ренци, я не собиралась. Он и так о себе слишком высокого мнения, подпитывать его и без того жирное эго не было никакого желания.

— Хорошо, — я решила вновь провернуть трюк с поцелуем в щеку или в лоб. — Наклонись.

Я специально положила ему руки на плечи и привстала на цыпочки, чтобы ввести в Дориэна в заблуждение.

Только Ренци оказался хитрее.

Стоило мне потянуться к щеке Дориана, как он ловко увернулся, и прежде чем я осознала свой провал, его руки легли мне на талию.

Приподняв, Ренци прижал меня к себе, удерживая без малейшего напряжения.

— Так не пойдёт, Чаргетто. Мы же напарники, все должно быть по-честному. Целуй меня. Сама, — синие глаза стремительно темнели, и я чувствовала, что попадаю под их магнетическое воздействие.

— Зачем тебе? — тихо пискнула я, оглушённая ударами собственного сердца. — Ты же сказал, что на такую, как я, никто не позарится.

Дориан склонился ко мне ещё ближе, почти шепча в губы:

— Конечно, никто не позарится, если в нём есть хоть капля инстинкта самосохранения.

Это было сказано таким тоном, что я сразу вспомнила слова, услышанные перед сном. «Ты даже не представляешь, на что я способен…»

И прямо сейчас это вовсе не казалось мне бахвальством.

Ренци был очень серьёзен.

— Хочешь книгу, Чаргетто? Тогда целуй.

Я вовсе не была уверена, что меня подтолкнула к действию именно нужда в учебнике.

В это мгновение крошечное расстояние между нами превратилось в магнитное поле, губы кололо, щеки горели, а дыхания стало не хватать просто катастрофически. Кровь зашумела в ушах, словно я посреди бушующего океана, и меня вот-вот смоет чёрной волной. Я слышала биение сердца Ренци, которое ускорялось, будто перед прыжком в бездну.

Тот самый миг, когда ты понимаешь, что нужно что-то сделать, и лучше прямо сейчас, потому что нервы натянуты, как струна.

А ведь ещё ничего не произошло, что же будет потом?

Волна схлынет?

Ведь тогда станет легче дышать?

Чтобы не передумать, я быстро клюнула Дориэна в губы и тут же отстранилась.

Но Ренци не зачел мне попытку.

— Это несерьезно. Я тебе уже показывал, как надо. Теперь сама, Чаргетто, — снова потребовал хриплый голос, вызывающий у меня внутреннюю дрожь.

Сама? Я не знаю как!

Мой опыт ограничивался только бессовестностью Ренци, который всегда справлялся сам! Что ему сейчас-то в голову пришло?

Я опять, уже медленнее, прижалась к его губам, изнутри пылая от неловкости и еще какого-то необъяснимого чувства. Положив ладонь на щеку Дориэна, робко коснулась кончиком языка его нижней губы и, услышав полувздох-полустон, хотела снова отпрянуть, но уверенная рука легла мне на затылок.