Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 258 – Александра Воронцова

Э?

— И что это такое? — из-за моего плеча спросил Ренци.

— Не имею ни малейшего понятия, — честно призналась я.

— Дуболомы, — фыркнул Рамис и влез вперёд.

Между нами вспыхнула руна, подтверждавшая, что договор исполнен.

— Ну и? — нетерпеливо затеребила я Дальтиго. — Что скажет наш эксперт Седьмого факультета?

Рамис сопел, разглядывая артефакты, но отвечать не спешил.

— Только не говори, что ты не знаешь, — пригрозил Дориэн.

— Я не то чтобы не знаю, что это, — противно протянул Рамис. — Я не знаю, как этим пользоваться. Не факт, что даже Гвидиче знает.

— А кто может быть в курсе? — мне очень нужна были ответы на вопросы, но Дальтиго меня расстроил:

— Мой дядя, магистр запретного искусства уровня Мастер.

— Неужто он разбирается лучше Джеммы, наследницы Запретной магии? — поразилась я.

— Бесспорно, — вздохнул Рамис. — Джемма — гений и ей «запретка» дается не в пример легче, но в теории пока еще сильнее Кристиан.

— Так что это такое? — нетерпеливый Ренци вернул Дальтиго к основной теме.

— Это инструкция, — кисло ответил он.

— Не понял, — растерялся Дориэн, и я в кои-то веки была с ним солидарна.

Как это могло быть инструкцией?

Я смотрела на два небольших полых цилиндра и не понимала.

Подцепив один из них карандашом, я осмотрела гладкую внешнюю поверхность, отполированную почти до зеркального блеска.

— Их можно брать в руки, — прищурился Дальтиго, — не вижу заклинаний, наносящих вред.

Доверившись ему, я положила артефакт на ладонь, он был прохладным и мощно напитанным магией. Заклинаний этих я не знала, но оно и не удивительно.

Посмотрела насквозь: изнутри было что-то выгравировано, но так мелко, что не помогла даже сотворённая Ренци увеличительная линза.

— Я узнал только древнелидванскую «Ар», — расписался в бессилии Рамис.

Дориэн предположил:

— Может, через неё надо посвятить?

— Или направить магию? — внесла я свою лепту в разгадывание.

Я была разочарована.

Я так жаждала ответов на все вопросы, возлагала на содержимое шкатулки столько надежд, и вот они в руинах.

Ничего не прояснилось.

В задумчивости я просунула палец внутрь, чтобы пощупать, нет ли там чего еще, и почувствовала, как в меня впились ледяные магические иглы. Пискнув, хотела тут же снять, но ничего не вышло. Цилиндр сидел плотно, закрывая две фаланги, и, удивительное дело, стал пластичным, позволяя пальцу сгибаться.

— Оно не снимается, — запаниковала я.

— Больно? — тут же вскинулся Ренци.

— Нет, — всхлипнула я, — но мне страшно.

— Оно тебе не вредит, — попытался успокоить меня Дальтиго. — Возможно, что эти штуки работают в паре.

Дориэн нахмурился:

— А это точно не какой-нибудь ограничитель или древний вариант кандалов? — обеспокоился он. Какая предусмотрительность для того, кого не волнуют мутные новообразованные узы с неизвестными последствиями!

— Точно, — голос Рамиса звучал уверенно, и я попробовала надеть и второй цилиндр, но он на пальце не держался.

— И как мне теперь снять первый? — несчастно спросила я.

Ренци, недолго думая, нацепил тот, что остался свободным, и у него получилось. Надеть, но не снять.

— И что нам теперь делать?

Никакого дискомфорта артефакт мне не доставлял, но вызывал опасения, как любой магический предмет, чье действие было мне неизвестно.

— Это проходят в магистратуре. Вы походите с этой штукой ещё годик, и я точно разберусь, — пошутил Рамис.