Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 269 – Александра Воронцова

Что ж, у меня к отцу были такие же. Только вот спросить я не могла.

Оставляя меня на пороге библиотеки, Дориэн укрепил свои щиты на мне, будто моих было недостаточно, но я не стала ему выговаривать, что это глупо. Мне вспомнилось, с каким болезненным выражением лица он смотрел, как я разрушала его щита.

«Они ДОЛЖНЫ быть там».

Почувствовав, что в носу подозрительно свербит, я нырнула в прохладные объятия обители знаний. Самое дурацкое, нелепое и неуместное, что я могла сделать, — это влюбиться в Ренци. Как меня угораздило?

Несколько столов в читальном зале были заняты адептами, и мэтресса Тилозо бдительно следила за ними из-за стойки. До знакомства с Ренци мне и в голову не могло прийти, для чего за учащимися в библиотеке нужен такой суровый пригляд. Зато теперь вопросов не осталось.

— Адептка Чаргетто, вы что-то хотели?

— Вы знали моего отца, мэтресса?

— Да, знала. Приличный молодой человек. Всегда вовремя сдавал книги. Интересовался древней историей, мы даже входили в один клуб. Исторический.

— И это все?

— Адептка, я сказала вам все, что могла. Может, я могу помочь в чем-нибудь другом? — ее взгляд остановился на моей перебинтованной руке.

Проклятье, я все время забывала про артефакт. На руке он совсем не чувствовался, и я чуть не забыла его скрыть, когда выходила из покоев.

Но почему Тилозо предлагает свою помощь. Она же не целитель.

Стоп.

Она передала мне коробку, сказав, что ее запечатал ректор Коренжи, и хотя мэтресса сказала, что не заглядывала туда, это не значит, что она не знала, что там.

— Даже не знаю, как именно спросить. Мы тут с адептом Дальтиго поспорили. Он утверждает, что раньше существовали некие артефакты, которые использовались, в качестве инструкции. Он описал их мне как полые цилиндры с гравировкой внутри. Мне кажется, он что-то путает. С ним бывает.

— Поспорили, значит? — ни капли не поверив мне, хмыкнула Тилозо. — Дальтиго перепутал? Он, конечно, балбес, но голова у него варит. Ладно. Сделаю вид, что поверила вам. Только сведения о «хранителях знаний» находятся в закрытом разделе библиотеки, и для доступа туда нужно разрешение лорда-ректора.

Я скисла, но мэтресса продолжила:

— У вас особый случай. Думаю, не будет вреда, если я расскажу вам общие сведения. Чтобы не беспокоить уважаемого Натори. Мы же не хотим волновать его лишний раз?

Кристиан Натори не был похож на человека, которому волнения противопоказаны. Если бы не видела его в ярости, когда он узнал, что смолчали про Бамболу, вообще бы не поверила, что он способен на волнение.

— Разумеется, у лорда-ректора и так полно дел, — с умным видом поддакнула я.

— «Хранители знаний» — это способ реконструкции сведений, которые нельзя хранить. Используя артефакты правильно, можно заставить сработать память, вложенную в гравировку. Как правило, она сделана на древнелидванском. Артефакт делится на несколько частей в зависимости от того, сколько человек должно поделиться своим резервом для восстановления.

— А что значит, использовать правильно? — озадачилась я.

— Это означает создать все условия для настройки. Потому очень важно подобрать участников реконструкции тщательно, чтобы конфликта не произошло.

— Хорошо. Ясно. То есть не очень. Вообще-то совсем не ясно. Пользоваться-то как?