Книга 500 лет ожидания, страница 16 – Рина Рофи

Зашла в комнату.

И замерла.

На моём диване лежал лис.

Не лисёнок. Большой лис. Огромный. Белый как снег. Пушистый хвост свисал с подлокотника и почти касался пола. Острые уши стояли торчком. Янтарные глаза смотрели прямо на меня — спокойно, изучающе, с лёгкой скептической искоркой. Будто это не он у меня дома, а я у него.

Я взвизгнула.

— Я ничего не сделала! Я люблю Инари! Честно! Я всегда жертвую в храм! Боже, откуда ты⁈

Лис моргнул. Медленно. Снисходительно. И даже не пошевелился.

Я прижала ладонь к бешено колотящемуся сердцу и вдруг разозлилась.

— Это мой диван! Мой! Слышишь? Иди в поля! Тебе там лучше! Там мыши, природа, свежий воздух! А это моя квартира!

Лис зевнул. Широко, показывая впечатляющий набор клыков. Потом опустил морду на лапы и прикрыл глаза.

Самый невозмутимый лис во Вселенной.

Я стояла посреди комнаты, всё ещё в кроссовках на босу ногу, и смотрела на него. Он лежал на моём диване так, будто этот диван всегда принадлежал ему. Будто это я тут гость. Будто весь дом, лес за окном и весь мир — его территория. А я так, мимо проходила.

— Ты… — начала я и осеклась.

Лис приоткрыл один глаз. Посмотрел на меня. И снова закрыл.

Я села на стул и просто смотрела на белого лиса, который спал на моём диване, как у себя дома.

Надо позвонить в питомники. Спросить, может, заберут. Или хотя бы объяснят, что делать с белым лисом, который занимает твой диван быстрее, чем ты успеваешь моргнуть.

Я потянулась за телефоном.

Лис поднял голову. И рыкнул.

Негромко. Но очень, очень убедительно. Низкий горловой звук прокатился по комнате, и я взвизгнула, телефон вылетел из рук и упал на пол.

Лис слез с дивана.

Я замерла. Сердце ухнуло в пятки. Всё. Самая глупая смерть в истории человечества: покусана лисом в собственной квартире на окраине Киото. Завтра меня найдёт Ямада-сан. Или не найдёт. И мама скажет: «Я же говорила — не живи одна около леса».

Лис прошёл мимо.

Просто прошёл мимо меня. На кухню. К столу, где стояла тарелка с нарезанным яйцом. Понюхал. И съел.

Я так и осталась сидеть, вжавшись в стену. Он реально съел яйцо. Аккуратно, с достоинством, даже не чавкая. Потом облизнулся, развернулся и прошёл обратно в комнату, даже не взглянув на меня.

Я выдохнула. Кажется, первый раз за последние две минуты.

Ладно. Ладно. Яйцо ему понравилось. Уже плюс. Может, он не будет меня есть, если я буду его кормить? Так ведь работает дружба с дикими животными?

Я тихонько, вдоль стеночки, пробралась в ванную. Сполоснула ноги — кроссовки на босу ногу сделали своё дело, пятки горели. Вымыла руки. Посмотрела на себя в зеркало. Вид был дикий: растрёпанная, бледная, с безумными глазами.

— Мэй, — сказала я своему отражению. — У тебя в квартире белый лис. Ты понимаешь, что это ненормально?

Отражение не ответило. Только вздохнуло. Я вытерла руки и пошла в спальню.

И замерла на пороге.

На моей кровати, развалившись как кот, лежал лис. На подушке. На моей подушке. Белая шерсть на тёмном покрывале, пушистый хвост свешивается на пол, глаза закрыты. Как ни в чём не бывало.

— Э-э-э… — протянула я. — Я сплю на диване. Ладно. Хорошо. Отлично. Прекрасно.

Лис не ответил. Даже ухом не повёл.

Я прошла в гостиную. Сердце всё ещё выпрыгивало, но мозг уже начал сдаваться. Если дикий зверь хочет спать на твоей кровати — пусть спит. Ты всё равно не сможешь его оттуда выгнать. Ты видела его клыки. Ты слышала его рык. Ты знаешь своё место в пищевой цепочке. И оно где-то между яйцом и диваном.